Книга Перерождение, страница 129 – Дмитрий Билик

Вот сразу двое неживых с решительностью голодной пантеры прыгнули с такого импровизированного холма. И тут же с разных сторон вцепились в волота. Один коротким мечом пробил защиту, другой потерял оружие при столкновении, но вгрызся зубами в открытую от доспеха часть тела.

Великан заорал, крутанулся на месте, отрывая свободной рукой одного из нападавших и зашвыривая вдаль. Второй рухнул сам, сраженный в голову стрелой страхующего правца.

Но и тут и там я видел, как неживые добираются до нашей основной ударной силы. Мы напоминали стальную пластину под возрастающим давлением, которая скрипела и норовила вот-вот треснуть. И это с учетом того факта, что здесь неживые были значительно слабее из-за близости Оси. Но брали числом.

Они напирали и напирали, постепенно погребая под собой волотов. Серая река норовила утопить наших великанов. И в самый критический момент, когда, казалось, поражением неминуемо, что-то произошло. Сначала почудилось, будто некто всемогущий выключил весь звук. Вся гора замерла, от подножия до самого высокого пика, готовясь к чему-то грандиозному. А после где-то посередине защитных рядов завибрировало нечто, расходясь в стороны, затем воздух разорвало в клочья от резкого, протяжного рева. Словно само мироздание дрогнуло и теперь стонало, разваливаясь на части… Так звучал великий Рог волотов.

Внешне будто бы ничего не изменилось, разве что неживые на мгновение остановились, явно получив «сигнал» сверху. А уже после бросились вновь вперед. Вот только Рог сделал свое дело.

Я не мог объяснить трансформацию великанов. Лишь видел, что клубящийся внутри них хист стал гуще, ярче, насыщеннее. Будто бы этот странный рог, издающий пусть и инфернальный, но обычный звук, дал им невидимый толчок, наделил тайной силой. И теперь она обрушилась на неживых.

Волоты стали бить быстрее, сильнее, невероятная реакция пробудилась в этих на первый взгляд неповоротливых телах. И огромной крепостной башней на их фоне смотрелся Коловрат, который мог одним своим видом обратить в бегство всю армию. Обычную армию, ту, которая была способна испытывать страх.

Вместе с тем стали ярко вспыхивать тут и там хисты самых слабых по рубцам волотов и правцев. Тех, кто уже получил повышение. Тех, кто насытился промыслом нежизни. Тех, кто мог теперь перейти на другую сторону. А Коловрат, который и должен был дать команду на отход усилившимся, не торопился этого делать. Хотя, в данном случае я оказался с ним согласен — Царя царей еще не было видно.

Меж тем вновь появились разрывы в атакующей волне неживых — вновь сработали чуры. Правда, теперь исчезновение рубежников оказалось не таким масштабным, как в первый раз — заканчивалась нечисть, но свое дело наша защитная линия сделала. Первожрец дрогнул, если можно так сказать о том, кто не испытывает эмоций.

И я увидел его. Царя царей нельзя было не заметить. Он смотрелся инородно посреди этой вакханалии смерти, будто случайно забрел на чужую вечеринку. Тогда как вся орда торопилась побыстрее вступить в бой, первожрец нежизни неторопливо продвигался вперед. Будто бы скорее даже по инерции, чем по собственному желанию.

Насколько позволяло зрение во тьме, я смог оценить его физические изменения. В этом мире первожрец оказался более коренаст, неплохо сложен и явно моложе земной оболочки. Еще от моего внимания не укрылось, что Царь царей медленно двигается в сторону волотов. А не торопится лишь по одной причине — ждет, когда волоты побольше насытятся хистами его адептов.