Книга Царь царей, страница 118 – Дмитрий Билик

— А как может быть избыток хиста там, где ларь спрятан уже несколько веков? С полумертвым волотом в башне Грифона понятно. Туда лезли рубежники, получали по шапке, великан подпитывался их хистом. Ну, и излишки уходили на лишайник. А тут…

— Не нравится мне это сс…

— Это «сс» мне тоже не внушает сдержанного оптимизма, но хоть какая-то зацепка.

Мы обошли стену леса, возвращаясь на юг, пока не выбрались к тому сухому и старому дереву, которое стояло в стороне ото всех. Будто огибаемый людьми прокаженный на рыночной площади. Лишайник здесь уже еле угадывался по редким всполохам. И если бы не насмешливое солнце, я бы его и вовсе потерял. Но все сводилось к одному — магический паразит вел к высохшему мертвому дереву. А я знал, что если где-то жужжит, то все это неспроста.

— Что могло с ним случиться?

— Матвей, иногда банан это просс… сто банан. Ты стал слишком мнителен.

— Ага, Хэмингуэю тоже так говорили.

— Это что за рубежник? Наш или из тверских.

— Ох, темнота. Доведешь, заставлю тебя «Старика и море» прочитать.

Я коснулся сухого и твердого ствола, и пальцы слегка закололо, а внутри родилось странное чувство — симбиоз страха и опасности. Но при этом пришло понимание, что раньше я подобного не ощущал. Это можно было сравнить с головокружением, когда после долгого сидения ты резко встаешь. Иногда оно даже представало, как нечто приятное. И всегда проходило за пару секунд. Однако наступал день, когда долго стоишь, а картинка перед глазами не торопится сфокусироваться обратно. И вот тогда нарастал страх перед неизведанным.

— Юния, вылези на минутку, ты мне нужна, — попросил я.

Лихо послушно выбралась из Трубки. Она втянула носом воздух, провела ладонью по стволу, затем смахнула вниз остатки трухи, после чего даже облизнула руку. Нет, если бы я не знал, что она действительно магическое существо, то посоветовал бы ей пойти на «Битву экстрасенсов». Там бы у нее были все шансы с подобным понтами.

— Сс… проклято, — решительно заявила она.

— Вот ты мудрое и старое… в смысле, опытное существо, — торопливо поправился я, заметив нехороший блеск в глазе. Урок номер один: сколько бы женщине ни было лет, нельзя говорить о ее возрасте. — А самого главного не замечаешь. Оно не проклято, что-то продолжает отравлять его прямо сейчас. Что-то, что связывает ларь.

— Ты-то откуда такой умный взялся, сс…?

— С Выборгского родильного дома, такое обшарпанное желтое здание на Ленинградском шоссе, — съязвил я. — Ну сама посмотри, лишайник, дерево. Мне кажется, под ним что-то закопано.

— Или кто-то, — без всякого заикания предположила лихо. — И что делать сс… будем? Лопату искать?

— Есть у меня вариант получше. Но чувствую, батюшке он очень не понравится.

Прежде чем лихо что-то спросила, я вытянул ладонь, призывая ее к молчанию. А сам прикрыл глаза и несколько раз глубоко вздохнул. Да, кощеевский дар у меня крутой. Вот только не сказать, что очень боевой. Попробуй тут сконцентрируйся, когда в тебя летит какое-нибудь смертельное заклинание. Может, со временем получится активировать его по щелчку.

К собственному удивлению, дыхательная практика довольно скоро дала действенные плоды. На четвертом или пятом выдохе перед глазами стали всплывать знакомые образы. Сначала туманные, но спустя какое-то время я смог навести резкость. И без всяких колебаний выбрал своего старого приятеля — лешего.