Книга Первый поход, страница 48 – Сергей Ильин

Ухватив новую каменюку, он торопливо взобрался на завал и только успел пристроить глыбу на место, как тварь ещё раз попыталась проломить преграду.

— Твоя очередь, – тяжело дыша, заявил Сунай.

Но Прут и так уже, рискуя переломать ноги, кинулся вниз по завалу. Соскочил с кучи на пол, подхватил камень и полез обратно наверх.

И подняться успел, и даже камень хорошо пристроить, устойчиво. Вот только, чтобы надёжно перекрыть дыру, всё равно маловато его с Сунаем стараний оказалось. Новый таранный удар хищницы чуть не разнёс преграду – с такой силой эта гадина в завал врезалась.

Пришлось в следующий перерыв никому не спускаться, а, оставшись на месте, поправлять сдвинувшиеся и грозившие вот-вот осыпаться камни.

Не помогло. Усатая гадина словно прочувствовала слабину в укреплении и влупила по нему башкой с удвоенной силой.

Сдержать такую мощь не удалось ни камням, ни полетевшим вместе с ними вниз орчатам.

Пробив в завале дыру, хищная букашка радостно ринулась вперёд, но всё же полностью пролезть не смогла, застряв на полпути. Застрекотала громко, защёлкала жвалами, бешено размахивая усиками. И, пытаясь высвободиться, заскребла по камням аж тремя парами когтистых многосуставчатых ног.

Хорошо хоть упираться в завал ей удавалось не всеми ножками, а лишь двумя-тремя. Остальные бесполезно болтались в воздухе, едва лишь касаясь камней и никак не помогая протиснуться дальше. Однако и сумевшая пробиться в пещеру и теперь нависающая над орчатами часть огромной букашины выглядела ужасающе. Хищная пасть казалась просто огромной. А с острых, не прекращающих двигаться страшных челюстей стекала на камни какая-то вязкая и резко пахнущая жижа. Словно тварь голодную слюну пускала на почти что пойманную добычу.

— Да это не жук! – Прут еле справился со страхом, сковавшим тело, и, поморщившись, отбросил прочь небольшой камень, больно впившийся в бок при падении. Хвала Создателям, голова и руки-ноги целы остались.

— Точно. Это какая-то ногохвостка. – Поднявшийся с пола Сунай сейчас даже в желтовато-красном свете факела выглядел невероятно бледным. – Вроде тех, что под камнями и в трухлявых пнях водятся. Только огромная и наверняка ядовитая. Смотри, от камней, куда её слюна накапала, аж дымок идёт. Троглов зад! Ты только подумай, если сюда столько ног вылезло, сколько же по ту сторону осталось?

— Огромная голодная ядовитая ногохвостка, – вставая, подвёл Прут итог болтовне приятеля. – И совсем не та, что в первый раз к нам голову высовывала. Глянь, я той ус отломал, а у этой оба целые.

— И кажется, ещё более длинные. – Подхватив очередной камень с пола, Сунай подскочил к твари. – Похоже, первая-то помельче была. На, получи, гадина!

С размаху запущенный им большой булыжник с треском отскочил от недовольно завертевшей головой многоногой твари.

— Бесполезно, – покачал головой Прут. – Такой крепкий панцирь камнем не пробить. Надо по шее попробовать или снизу как-то. Может, там броня не такая прочная.

— Да как тут попробуешь?! Вон она как башкой крутит и усами хлещется. А если слюна на руку попадёт? Да и кусалки ты её видал?! Ты к ней сунешься, она тебе ноги-руки и оттяпает. Может, и этой тоже усы пообломать?

— Если только Каруком отрубить попытаться, – пожал плечами Прут. – Да только, я вот думаю, не стоит нам это делать.