Онлайн книга «Одаренный»
|
— Я даже не знаю, как мне реагировать, – обижаться или испытывать облегчение. Элоквент улыбнулся: — Любая из этих реакций в сто раз лучше, чем то, чего мы опасались. — О, я поражена. И стараюсь не думать о том, как у пса размером с дом могло получиться… – Кимико замахала руками и покачала головой. – Нет, нет. Не думать об этом. Райз гавкнул. — Это я переводить не стану, –сказал Квен. – Мне было десять, когда папа дал мне Райза. Он тогда был совсем щенком, и я нес за него ответственность. В том же году я, будучи десятым ребенком, начал заниматься со своими дядьями, изучая свои обязанности как дара. — Получается, вы вместе почти всю свою жизнь. – Кимико кивнула своим мыслям. – А с этого момента и мы всегда будем вместе. Хвост Райза замолотил по земле. Все еще пригвожденный к полу своим сводным братом, Элоквент сказал: — Он думает, что тебе следует меня поцеловать. Кимико, глядя на Райза, удивленно подняла брови: — Он прямо-таки вкладывает слова тебе в рот? Хвост вдвое увеличил скорость, а пес тявкнул. — Отпусти Квена, чтобы я могла поцеловать его как следует, – распорядилась Кимико. – будем считать это практикой перед следующим официальным заявлением. Райз лениво приподнялся и сел на задние лапы, освобождая Элоквента. Тот встал, рассеянно отряхивая брюки. — Нужно ли нам планировать официальные поцелуи по лунному календарю? — Думаю, нет. Собаки не так уж уважают луну. – Квен принял нейтральную позу, какими славились дипломаты. – Хисока говорил с тобой о недавних событиях? — Нет, но я видела сегодняшнюю утреннюю газету. И он намекнул, что мне нужно будет сыграть какую-то роль. Элоквент подошел ближе, взял ее за руку: — Хисока Твайншафт – мой посредник, и всегда будет действовать в наших интересах. Однако он несет и огромную ответственность перед народом – твоим и моим. Как пресс-секретарь и член Пятерых, он обращается к нам с двумя просьбами. — Какая первая? – поторопила она. — Чтобы отвлечь журналистов от менее приятных событий… и чтобы поддержать недавний интерес к межвидовым романам, он хотел бы предать наши ухаживания широкой огласке. — Насколько широкой? — Максимально. – Квен неуверенно улыбнулся. – В следующий раз, когда ты поцелуешь меня, это будут транслировать сотни камер. Кимико взглянула на Райза и закатила глаза: — Ну нет, в следующий раз, когда я поцелую тебя, это будет на глазах у твоего брата. Пес ткнулся носом в их соединенные руки и слегка лизнул. — Я не против практики в поцелуях. – Элоквент принял скромную позу, как накануне вечером. Но когда Кимико поднялась на цыпочки, чтобы поцеловать его, он отстранился. – Что это? — Поцелуй… — В губы ты меня уже целовала. — Однажды, – сказала она, смущенная его слегка насмешливым тоном. – Один был, осталось одиннадцать. — Моя дорогая претендентка, ты заявила о своем намерении совершить знаменитый Цикл Лун, также известный как Круг Любовника или Путь Преданности. Каждое из названий подразумевает движение. — Движение Луны! Элоквент покачал головой: — Я понимаю твое замешательство, но ты неверно истолковала песню. Свидетелями служат луна и дерево – и то и другое неизменно. А движутся именно поцелуи. Двенадцать поцелуев в двенадцать разных мест, предположительно по нарастающей, – с выбором все более интимных мест. |