Книга Одаренный, страница 125 – Forthright

— И не так благодарен, как сейчас. – Подойдя к Твайншафту ближе, Квен изобразил «пудинговую» просьбу. – Хочу поблагодарить тебя за то, что ты предложил мне поучиться в старшей школе Нью-Сага.

Лицо Хисоки смягчилось:

— Кажется, эту реплику должен был подать я?

Квен чуть кивнул:

— Скажем так, я приблизился к твоему видению.

— Чаще всего так и бывает. – Хисока приобнял его. – Что ж, можешь рассчитывать на мое вмешательство и дальше.

Элоквент фыркнул.

— Ты доверяешь мне, Элоквент?

— Ты – друг этой стаи.

Хисока чуть склонил голову, как кивнул бы учитель, получив неполный ответ. Близкий, но не совсем верный.

— Чего ты хочешь? – вздохнул Квен.

— Большего. – И кот повторил свой вопрос, слегка выделив одно слово: – Ты доверяешь мне, Элоквент?

Хм, он всегда считал Твайншафта папиным другом. Как и все братья, Квен общался с Пятерыми почтительно и подчеркнуто любезно – как с почетными членами их стаи. Но вежливость – это не доверие. Вера не передается по наследству. Это должен быть его выбор.

Элоквент с особым вниманием выбирал следующие свои слова, взвешивая каждое, настолько это было важно. Однако ответ был для Квена очевиден, как будто он уже давно принял решение. И сейчас Хисока своим вопросом лишь помог ему осознать это. Простая формальность. Взаимное признание.

— Да, – ответил он. – Доверяю, уже довольно давно.

— О-о-о, я следующий! – пропел подвыпивший дракон, кидаясь прямо в объятия Квена. Нарядный и томный, Лапис пьяно выдохнул ему в ухо: – Скажи, что любишь меня, Эло-квент. Разве я не лучше, чем всякие там кошки, лисы и исландские незваные гости?

Хисока понимающе улыбнулся:

— Идем, лорд Моссберн. Сайндер тебе не соперник за место в уютном логове Элоквента.

— Ты же не выгонишь меня на мороз, а, Э-ло-квент?

Квен попытался заглянуть за спину Хисоки, в ярко освещенную комнату.

— Кто такой Сайндер?

— Один приятель из драконьего клана. – Хисока отступил назад и пригласил: – Заходи, ты с холода.

Лапис трелью выразил свое согласие, продолжая с жалобным видом висеть на Квене.

Квен, которому надоело, что его задерживают, чуть не на руках внес дракона в просторную комнату, где папа любил отдыхать. Несмотря на доносившийся оттуда страшный гвалт, компания оказалась на удивление маленькой. Наверное, в том, что они подняли такой шум, можно было винить звездное вино. Или Гинкго Меттлбрайта, который только что затянул очередной куплет.

Один только Арджент не пел – и не пил, судя по тому, сколько еще вина искрилось в отодвинутом им бокале. Пресс-секретарь лисиц вежливо кивнул Квену, а затем продолжил лущить орешки гинкго для сидевших у него на коленях детей.

Эвер пытался отнимать угощение у Кирие, но Арджент что-то сказал ему, и мальчик тут же обернулся:

— Братифка!

— Веселитесь? – Квен осмотрел комнату, но исландского соперника Лаписа нигде не было видно.

— Да!

— Помогите мне устроить для лорда Моссберна уютное и теплое место.

Мальчик тут же бросился к куче шкур и, подтащив одну, бросил рядом с Арджентом.

— Лапиф с нами. Я грею Лапифа.

— Если ты настаиваешь, – пробормотал дракон с лицом, полным слепого обожания.

Арджент помог накинуть мех Лапису на плечи. Не успел Эвер забраться повелителю драконов на колени, как лис пристроил туда же и Кирие. Вместе теплее.

Предоставив малышам потчевать Лаписа орешками гинкго и своей болтовней, Арджент учтиво указал на подушку с другой стороны: