Книга При чем тут руны?, страница 148 – Виктор Стогнев

* * *

Андрей Пермяков оставался сам собой, то есть вредным русским боярином, и хорошо понимал политику Родины. Определяли её разные советы, где засели точно такие же вредные русские бояре.

Они очень огорчались, если их решения кто-то мог использовать для личного обогащения, и горой стояли за общее процветание. И все бояре капиталисты, то есть с редким удовольствием объединялись против кого-нибудь, дабы пустить того без штанов по миру и с протянутой рукой.

В этот исторический момент их негодование вызвали англосаксы, все разом. И решили бояре не возвращать им военные долги. Только не могли они запретить платить фондам по их обязательствам, взятым под боярские земли. Тогда ведь порадуется тот же Артёмка Большов.

Фигу ему с маслом, пусть продолжает платить банку Гардарики, а уже умные бояре распорядятся средствами для общего блага. К тому же не платить англосаксам вовсе не означает совсем не платить.

Если фонды княжеств и даже епархий ещё могут объявить себя банкротами, всей Гардарике оно точно в ближайшее время не грозит. А тот же общий банк выпустил долговых обязательств на несколько миллиардов.

Этими бумагами старались расплачиваться за военные поставки. По ленд-лизу англосаксы норовили впарить, чего самим не надо. За интересные товары никогда не получалось заплатить долговыми бумагами полностью, часть приходилось отдавать золотом.

Величина золотой части зависела от мировой обстановки. Так, когда европейцы вошли в Москву, она составила сто процентов, а долговые бумаги Гардарики стоили очень дёшево. Они свободно торговались на мировых биржах, и владеть ими мог кто угодно.

Зато когда европейцев под Москвой окружили, долговыми бумагами удавалось оплачивать от трёх четвертей покупок, и векселя эти сильно подорожали.

Происходило всё так: Предприятия или торговцы получали за товар векселя Гардарики. Потом несли их в банки, где под них получали кредиты, которые тратили на производство или покупку в Америках товаров.

И всё повторялось снова — все участники оставались довольными. Производства работали и расширялись, банки и торговцы получали маржу, судам гарантировался постоянный фрахт.

Отныне фрахта не станет, спрос на продукцию обвалится, а банкиров англосаксов в Гардарике попросили более не беспокоить, чтоб нахрен не порешили.

Для многих банков ситуация окажется фатальной, слишком много у них «плохих» долгов. Бумаги Гардарики неминуемо появятся в продаже на биржах, где общий банк Гардарики и будет скупать свои долги по дешёвке.

— А вот фигушки! — подумал Андрей Пермяков и дал брокерам на биржах приказ продавать все имеющиеся акции американцев и англичан и покупать долговые обязательства Гардарики. Он знал, как получить с этих куркулей полную их стоимость.

* * *

Магический мир слетел с катушек. Понятно, что конвои из Британии в Мурманск прекратились. Из Америк и Англии нечего стало возить из-за санкций, и невозможно получить плату, русские разорвали отношения с банками англосаксов.

Но ведь и из Канады в Британию конвой собрать не получается. Судовладельцев смущает вопрос, а что если ядерные атаки караванов немцы сделают традиционными.

Даже если судовладелец такими вопросами не задаётся, в конвой без страховки не берут, а её рыночная цена близка к стоимости судна и груза, как если бы судно отправилось в Англию одно.