Книга При чем тут руны?, страница 126 – Виктор Стогнев

Ну, пусть будет Клюге, надеюсь, до перехода экипажа в пехотный формат в бою не дойдёт. Всё равно бера им сажать я не собирался, не хватает только, чтоб они ещё и озверели в схватке.

Приказал лейтенанту Артуру держаться возле моей машины, типа охранять и быть в резерве. Вот этот момент и отрабатываем на танках. Я, конечно, участвую в танковых учебных побоищах нашей роты против батальонов дружины или друг против друга воюют тройки машин отряда, так машина Арчи всегда должна держаться неподалёку.

А у нас ведь есть и свои новички! Делаем из бывших инструкторов танкистов, торопимся — всем ясно, что долго наша учёба не продлится. Посвящаем ребят в магические приёмы, регулярно вылезаем из танков и дерёмся — оно так лучше усваивается.

Нанесли на броню танка Артура руны «вижу всё», так пацан сначала не мог понять, что это такое, а потом долго не верил, что на него распространяется легендарное русское колдовство.

Забавный мальчик очень боялся русскую боевую магию и меня как её воплощение. Он себе просто не представлял, что когда-нибудь меня встретит, останется живой и даже будет о чём-то разговаривать.

Ну, правильно боялся, когда Гардарика воевала с Германией, а теперь его долг военного мага по максимуму усвоить нашу магию и применять против англосаксов. Постоянно ему это повторяют мои парни перед очередной схваткой.

И ничего не часто! Вон сержант Клюге вообще не маг и не ноет. Наши немецкие новички-инструкторы с него с живого не слезают. Оказывается, тут кого-то можно чему-то научить!

Само собой, учат по моему приказу. Он будет отвечать за Артура после эвакуации из танка, прикажете мне самому выпрыгивать за ним из машины⁈ Не собираюсь я это делать, у меня и кроме Арчи хватает забот, я же командую магической ротой!

Вот как командира майор Цейс иногда просит к себе зайти. Послал однажды за мной бедного Криса, тот меня привёл в кабинет, и там я снова увидел Дитриха Шепарда.

Конечно же, я его сразу узнал и поздравил с возвращением на Родину. Майор спросил, с чего это я взял, что Дитрих откуда-то вернулся. Дитрих сам сказал:

— Да этот парень и взял меня в плен.

— Странно, — проговорил Йохан. — Говорят, что боярин Большов никого в плен не брал, его даже объявили в Германии военным преступником!

— Наговаривают на бояр, — проговорил я холодно. — Не нужно повторять старую идеологическую чепуху. Шульце вот договорился.

— Да я даже рад, что вы уже знакомы! — воскликнул майор. — Дитриха назначили переводчиком Центра, но в штабе ему точно нечего делать. Поэтому я его командирую в распоряжение командира магического отряда, — он смущённо добавил. — Твои бойцы уже привычные к… э…

— И зачем нам переводчик? — спросил я.

— Найдёте применение! — резко сказал Йохан и проговорил с укоризной. — Уж не тебе возражать против Дитриха! — он развёл руками. — Ну, куда его ещё послать⁈

Я не нашёлся с ответом и увёл с собой этот чемодан без ручки. Вот нафига, спрашивается, мои парни научились говорить по-немецки без акцента и вполне освоили английский?

Я честно спросил об этом Дитриха, так тот, оказывается, читает периодику по-итальянски, по-французски и по-испански, а на скандинавских языках газет не читает, но сносно болтает по-датски.

Хоть все эти народы нам ещё не встретились, появился какой-то смысл его нахождения в отряде. Дитрих же во всю принялся пользоваться служебным положением. Забил на переводы, каждое утро переодевался в русский хлопчатобумажный зелёный комбинезон и тренировался.