Онлайн книга «Quantum compita»
|
— Ну, Джон, он же мой сынок, – смутился босс, – хочется расспросить обо всём, наконец, попрощаться… — … на этот раз действительно навсегда! – Холодно закончил лорд Барри. — Да, сэр, разумеется, сэр, – поклонился сэр Джон. Глава 2 Неждан. — Выходи на палубу, стройся! – нас разбудили истошные пацанские вопли. «Системное сообщение. Ваш социальный статус изменился с уровня „приговорённый к повешенью, помилованный, каторжанин“ на уровень „заочно приговорённый к повешенью беглый каторжанин“. Вы достигли 3-го уровня игрока, вам более не будут выдаваться ознакомительные игровые задания „Дожить до вечера“. Ваш опыт 3720. Вы использовали штатный выход из игры, следующий выход будет доступен после выполнения системного задания и задания квеста „Не нарочно изменить мир“. Вы не использовали бонус рандомного усложнения мира и увеличения характеристик игрока. Желаете использовать»? Думаю, мир наш надолго – это корабль в Атлантике, что тут, спрашивается, усложнять? Говорю игре. – Желаю. «Ваш выбор принят. Вам начислены бонусы. Текущая сложность мира увеличена на 12 %. Увеличение удачи на 3% Мироощущения на 11 % Предчувствия на 4% Скорости реакции на 5 %» Ну… не всё коту масленица… — На палубу вылазь! Джек говорить будет! – не унимались снаружи. Вот зачем так орать? С часок хоть поспали? И чего они ещё затеяли? А! Джек будет говорить, значит, что-то вроде пионерской линейки. Начальство ж на шлюпе оставалось, когда успели нагрянуть? Пойти посмотреть что ли? Всё равно поспать уже не дадут. Казачата и близняшки, ошалело тараща глазёнки, сидели на канатах, ребята Вани Ножика нехотя поднимались с досок палубы. — Быстро продрали глаза и на палубу, – даю команду и отдельно обращаюсь к заложницам, – касается всех! Девочки за мной, остальные, куда поставят. Грустно бужу детскую свою сущность. – Пойдём, Захарушка, запишемся в пираты? — А мы кто? – Зевнул пацан спросонья. – Такого в том городке начудили! — Мы, Захар, просто уголовники. – Говорю наставительно. – В уголовники сами попадают, а в пираты надо записываться. — Опять хохмишь? – Насторожился пацан. — Да ты пойди, проверь! – Заверяю со всей убедительностью. – А я пока вздремну трохи. — Ладно… – Только успел он мне сказать, как я провалился в сон. По ощущениям, в ту же минуту зовёт. – Неждан, ну Неждан! — А? Что случилось? – Не сразу включаюсь. — Чего это они? – каким-то стеснительным тоном недоумевает Захарка. Оцениваю «чего они» опять. Ну, ничего особенного, парень привлёк к себе внимание общественности. Одет по-пижонски в камзол на голое тело (великоват зараза), чистые, почти новые штаны (панталоны без резинок на дурацких шнурках), при шляпе, поясе и башмаках, но без носков, то есть чулок (вот гадство!). На поясе кортик, за поясом пистолет, следом семенят «грёзы подростка» в двух экземплярах. Неделя не прошла, как за борт выбросили, а мы тут, да ещё и с форсом. Встречные нарочито отворачиваются, отводят глаза, а за спиной обсуждение в разгаре: — Гляди-ка, он живой! — Кто? — Да Дритст этот! — Это который Конягу зарезал? — Его ж за борт выбросили! — Ага. Мне Бобби говорил, что видел его уже, только я не поверил. — Одет, как не знаю, что сказать. — И девчонок захватил и приволок не понять как! — Пистоль у него и кортик! |