Книга Контрольная, страница 59 – Виктор Стогнев

Жека подумал, что так и должно быть вначале, вот подрастут, освоятся, станут похожими на него монстрами, тогда и перестанут бояться и вздрагивать. Дитрих, помнится, им прямо в глаза обещал, что они его полюбят, и ведь почти не соврал!

После ужина ребята уныло поплелись на плац отбывать наказание, Жека пошёл с ними за компанию что-то сказать Франсуа. Кадеты встали в строй, Жека невозмутимо ждал у дверей, когда инструктор обратит на него внимание. По неписанным правилам школы, занятия не проводились в присутствии сержантов, дабы на них не падала даже тень преподавательского изуверства.

Франсуа был вынужден к нему обратиться, - что-то хотел, Жека?

— Да, Франсуа, - небрежно ответил Жека, - я забираю своих.

— Ты не можешь… - жёстко начал говорить инструктор, Жека его прервал, - могу, и ты это знаешь. Я оспариваю дисциплинарное взыскание и своей волей забираю ребят. Дело передаётся на рассмотрение Луи, он его утвердит…

— Или ты перестанешь быть сержантом, - заметил Франсуа.

— Да, или перестану быть, - согласился Жека. Он обратился к строю, - первое звено! За мной!

Сам развернулся к дверям, успел сделать на выход пару вальяжных шагов, как набравшие приличную скорость от избытка чувств кадеты, не успев притормозить, вынесли своего сержанта в коридор.

— Ой! Прости, Жека! Извини! А мы куда сейчас?! – радостно-возбуждёно гомонили парни.

— Сейчас мы, - раздельно проговорил Жека, - успокоимся, сделаем серьёзные морды и пройдём в игровую каюту. Там ждём новых указаний. Приказ ясен?

— Да, конечно, как скажешь, - выразили парни полную готовность к сотрудничеству.

— Успокоились? – строго спросил Жека.

Парни придали физиономиям серьёзные выражения, получилось не очень, хотя… тут главное самому не заржать.

Жека добавил суровости в голос, - не слышу! Успокоились, спрашиваю?!

— Так точно, сэр сержант, сэр! – Дружно ответило первое звено.

«- Строевая им явно пошла на пользу», - отметил Жека про себя и продолжил командирским тоном, - развлекаться! За мной! – он простецки улыбнулся и закончил по-человечески, - пошли потихоньку.

В комнате отдыха Жека сказал нарочито только своим, - Кот и Джерри первые в теннис, остальные в бильярд.

То, что бильярдный и теннисный столы заняты, его совершенно не волновало.

Он взял в шкафчике по ракетке в руку, и улыбнулся несколько опешившему Мо, - свободен, дружище.

Моцарт окрысился, - я тебе не дружище! Зови меня сержантом Ганеком!

Третье звено, видимо, собиралось воспользоваться наказанием первого и второго звеньев, дабы продемонстрировать всем лидирующее положение. Но тут пришёл Жека и всё испортил.

Его улыбка заледенела, - сержант Ганек, немедленно освободи первому звену бильярд и теннисный стол.

— Может, не будем так борзеть? Попробуем договориться? – злобно проворчал Мо.

— Мне не о чем договариваться с чехами, - презрительно ответил Жека, - идите, поиграйте в дротики, как все дети.

Хоть Жека и говорил, что наёмники войн не объявляют, это было именно сознательное объявление войны. Жека открыто заявил, что знает, как к нему и к его курсантам относятся кадеты и сержант третьего звена, ничего против этого не имеет, питает к ним такие же чувства и будет их пинать везде и всегда, при каждом удобном случае.

Если тут кто-то думал втихую выжить, сломать Жекиных бойцов – они получили открытую войну на уничтожение. То есть до собственного уничтожения. И нет шансов как-то объясниться, уговорить, разжалобить – он просто не станет слушать. Это стало ясно каждому, кто присутствовал в игровой каюте. У Жеки Стара та ещё репутация, пусть кадетам и не положено формально знать позывные сержантов.