Книга Лох с планеты Земля, страница 98 – Евгений Синтезов, Виктор Стогнев

— Нафиг ваш английский, — серьёзно возмутился Сёма, — раз я его пилотирую, пусть сокращается по-русски. Будет Тыдыщ!

Мы легко согласились, нам-то без разницы. Семён, не встретив сопротивления, продолжил выдвигать условия. Ему, видите ли, противно, когда его жалеют, а убивая по очереди, мы станем его жалеть. Он настаивает, чтоб мы всё проделали сообща, допустим, за десять секунд.

Я поморщилась — маловато, конечно, хотелось погонять его подольше. Ну, да ладно — для первого раза достаточно.

Мари спросила, — готов?

И не дожидаясь ответа, атаковала без видимого обычному человеку перехода. Я точно помню, что перекрывала его вероятный полуоборот уклона! И Лилит сама виновата, что влетела под мою подачу — вот о чём эта дура думала, когда лезла в чужую зону ответственности? Что я буду разбираться в целях?

А между делом кибер скафа доложил об истечении оговоренных десяти секунд.

— Попробуете ещё разок? — прозвучал в наушниках насмешливый голос Семёна.

Мы атаковали сходу…

Уй-ё, мамочка, как больно! Тресь! И получаем удовольствие, отекая по стеночке. Да уж, ловкий гад наш Сенечка. Хотя совсем не нужно быть мастером, чтобы предугадать нашу спонтанную атаку. Он закрутил вертушку, ещё не закончив вопроса, и тяжёленный задний манипулятор дроида смахнул всех троих в прыжке, когда ничего уже нельзя было изменить!

— Наверное, нужно дать вам побольше времени, — продолжил Сеня издеваться.

Мы не повелись на подначку, пофиг время — тут уже дело принципа. Не спеша обходим его, как акулы вокруг жертвы. Сёма стоит спокойно, словно на расстреле. И самое удивительное — он закрыт, не ощущается ни страха, ни предвкушения, ни-че-го — будто против нас по-прежнему стоит просто Тыдыщ, тьфу, наш Тин-айс.

Ему некуда деться, спасенья нет, одновременная атака в прыжке с полуоборота сразу с трёх сторон… и проклят будь Третий закон Ньютона! Мы поразили цель одновременно, но ей тупо некуда было отлетать под нашими ударами — векторы сошлись в одной точке. Усиленный корпус аварийного дроида не расплющился, вернул нам импульс в полном объёме по принципу равенства действия и противодействия.

Когда спала волна пронзительной боли, до сознания донёсся искренне сочувствующий голос Сёмы. — Девчата, по-моему, вам не хватает опыта командной работы. Знаете, если пол тут залить двуокисью водорода, она под действием повышенной тяжести должна затвердеть…

— Окисью! И тут вакуум, придурок! — простонала я, — всё будет испаряться до достижения стопроцентной влажности.

— Э… ну, можно же придумать что-нибудь скользкое! Или кататься на роликах, в конце концов.

— По фигурному катанию соскучился, русский? — зло проворчала Мари.

— А может, тебе тут устроить стриптиз? — ехидно предположила Лилит.

— Что вы, что вы! — Сёма поспешно возразил, — всего лишь хоккей. С шайбой, или, если хотите, русский — с мячиком.

— Шведский! — прорычали мы хором, я заговорила непререкаемым тоном. — Во всём мире хоккей с шайбой называется канадским, а с мячом шведским!

— Угу, — согласился Сёма, — только нам в России весь мир пох, мы его постоянно натягиваем, включая Канаду и Швецию.

— Варвар, — проворчала я примирительно, у него в принципе неплохая идея.

— Дикарь, — поддержала меня Лилит, — у нас даже клюшек нет.

— Да минутное дело, — Тыдыщ махнул небрежно манипулятором, — как бы тут устроить каток?