Онлайн книга «95-й. Сны о будущем прошлом»
|
Спокойно. Не обязательно меня убивать пришли. Дверь сразу не прострелят. В глазок смотреть не буду. Я открыла внутреннюю дверь и на всякий случай встала за бетонный кусок стены: — Кто там? — А глазок у тебя на что? Вовка!!! Засовы трясущимися руками я открыла не сразу. Он зашёл, довольный, улыбающийся, увидел меня и резко нахмурился: — Что случилось? Я помотала головой: — Д-дверь… з-зак-крой… 17. РЕАБИЛИ-ТА-ЦИ-Я… ОТХОДНЯК Феерический понедельник 17 июля продолжается. Вовка бросил в угол пакет, с которым пришёл, сгрёб меня в охапку, притащил в кухню и усадил на колени, прямо как есть, в одеяльном коконе. — Рассказывай. И я начала рассказывать. И снова тряслась и ревела. Глаза у него сделались холодные и с жёлтыми каёмками. Жутковато… — Если твой папа эту бабу не убьёт, я… — Вов, не надо! — Что «не надо»⁈ Она тебя бандитам сдала за сколько? — Ой-й-й… я и не помню. Миллиона два, что ли, в этом саду забрать надо было. — За два ляма! — дальше не могу слова повторить, извините, — За два ляма человека на смерть отправила! Ты вообще уверена, что ты у неё такая первая? Ну… Честно говоря, нет. Тут чайник захлопал крышкой и прекратил наши споры. — Дай-ка я тебе чаю налью горячего, а то вон, зубы стучат… — Вовка пересадил меня на стул, — Ой, бля… — Что? — Да щас, руки хоть помою. Ой, правда, он же с этих монтажных работ! В каких-то старых трениках, подвёрнутых как шорты, в запасной дедовой спецухе, узковатой в плечах и коротковатой на животе. Ну правильно, вряд ли по его росту у нас на даче что-то нашлось, а хорошую одежду жалко. И такой, равномерно запылённый. — Дед, в смысле, Василич тебя хоть до дома довёз? А то в таком виде. — Ага, до подъезда. Да не охота было чистое на грязь одевать. Руки вон, глянь. Сейчас чаю налью тебе, и в душ. Тебе с молоком? — Да, немного только. А то холодное будет. — Норма-ально. С сахаром? — Нет, я лучше конфетку. Глюкоза. Для мозгов полезно. Вовка вручил мне кружку и пошёл намываться. А я пила чай и понимала, что вот теперь меня потихоньку отпускает. Ты рядом — и всё прекрасно И в дождь, и в холодный ветер. Спасибо тебе, мой ясный, За то, что ты есть на свете… Нет, сочинила не я. Юлия Друнина. Замечательная поэтесса. Из породы железных людей, прошедших войну бойцом, так что в излишней мягкотелости её никак нельзя было упрекнуть. Потом он пришёл из душа, нагрел еды. Я поклевала, хотя, честно говоря, не лезло. Потом мы сели в зале, обнимались, и он говорил мне какие-то утешительные речи. А потом как-то незаметно задремали. Разбудил нас звонок. Ой, похоже, дело уже к вечеру. — Я сам открою! — Вовка подошёл к двери, — Кто? — А там кто? — мрачно поинтересовались снаружи. — Это папа! — воскликнула я. Грохнули задвижки, мужики негромко поздоровались, я услышала, как отец спрашивает: — В курсе?.. — Ольга рассказала. Я сразу предупредил: если вы эту бабу в живых оставите, я сам… — Не надо уже, — совсем тихо ответил отец. В животе у меня похолодело. Я хоть и сидела в одеяле, гусеничкой, снова начала трястись. Папа вошёл в зал и понял, что я услышала. Сел напротив на стул: — Короче, слушай. У бабы этой сын сколотил, так скажем, организованную преступную группу. — ОПГ, — автоматически пробормотала я. — Да. Рынок здесь мелкий, мало кому интересный, их особо и не теснили. Однако, денег показалось мало. И ребята двинули в серьёзный бизнес. |