Книга 95-й. Сны о будущем прошлом, страница 34 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— А наволочки две? — живо уточнила фольклористка.

— В обоих комплектах по две.

— Я полуторный беру! Мне как раз маме подарок надо! — она начала рыться в сумочке, отсчитывая деньги.

Дверь деканата хлопнула.

— Что это вы тут покупаете? — женское любопытство неистребимо!

— Всё, уже ничего не покупаем! — секретарша живо утянула второй пакет, — Я двуспальное беру!

Амалия Иосифовна, профессор филологии, так укоризненно на меня посмотрела, что мне прям стыдно стало:

— Оля. А мне? Я такое красивое тоже хочу.

— Амалия Иосифовна, дорогая, вы завтра будете? Я посмотрю, что к вечеру будет готового, и привезу вам.

Она задумчиво потёрла переносицу.

— А знаешь что, Олечка, я тут хотела… — она помялась, не желая вслух декларировать, что хотела, видать, слинять на пару дней, — А ты знаешь что, в пятницу привози. Заседание кафедры будет в три часа, я точно буду.

Так-так, заседание кафедры — это хорошо.

— А вам какой? Полуторный? Двуспальный? Можно не один большой пододеяльник, а два стандартных.

— Во! Такой мне попроси.

— Такой сто десять тысяч. Вам, по блату, за сто.

— Ну, раз по блату, тогда давай два!

— Разных?

— А ещё есть цвета? Какие? Розы есть? Я розы люблю.

— Из цветов — розы, ромашки и вот такие маки. Розы крупные и мелкие.

— Вот давай мне роз, разных.

— Хорошо.

Я сунула свой первый гонорар в кошелёк и радостно поскакала на выход.

И совсем не страшно.

Ну вот, теперь в моём скромном кошелёчке лежало не двести семьдесят с копейками тысяч, а четыреста тридцать. И мелочь на проезд. Шесть тысяч рублей мелочи. Звучит?

КАК ПОЛУЧИТЬ КАРТИНКУ ИЗ НИЧЕГО

Я всё шла и думала, как же мне организовать свой шикарный бизнес-план при отсутствии не то что цветной печати, а даже элементарной чёрно-белой.

Рисовать что ли образцы изделий?

И тут меня осенило.

Фотографии! Не знаю, в советские времена, наверное, типографии не брали заказы у частных лиц (или как уж?) но у бабушки в комоде лежал список дней православной Пасхи (это вообще отдельно удивительно, поскольку бабушка была пока ещё некрещённая татарка, получившая своё имя вполне в духе мусульманских традиций, но Пасху у нас праздновали все и всегда — традиция же, и вообще прикольно, яйца крашенные…), так вот этот список пасхальных дат был не распечатан типографским способом, а вычерчен табличкой и отфотографирован! Такие фотки продавали почему-то только цыгане.

Можно же нафотографировать и составить портфолио!

А печать фотографий сделалась делом плёвым, ибо на рынок пришёл… Кодак!!!

А-а-алилуйя!

И он у меня даже был! Была! Потому что фото-бандура для таких лошариков, как я, с одной кнопочкой, называлась «мыльница». И служила мне эта мыльница со школы, исправно, верой и правдой, до тех пор, пока у меня не появился цифровой фотик! На каждом углу были эти пункты проявки. В девяносто седьмом, когда Галя родилась, печать одной фотки стоила что-то около пятнадцати рублей. Это, считай, уже с учётом произошедшей за два года инфляции. Ну, и нули обрезали. Вряд ли сейчас будет сильно дороже. Уж десять-пятнадцать фоток на развитие бизнеса я могу себе позволить!

И, снова почувствовав себя буржуинкой, я бодро почапала на маршрутку. С полдороги развернулась и пошла на Сквер (сквер имени Кирова, в просторечии — просто Сквер, «имени» обычно выкидывали, чтоб покороче, да и другого такого большого сквера в Иркутске элементарно не было). У отца в «Меркурии» (это такой торговый центр, преимущественно обувной) точка была. Надо проверить — есть там она сейчас или нет, и как выглядит. Не дома же мне парадные фотографии этих постелей делать? Есть ещё, конечно, вариант в лесочке на травке. Кстати, в воскресенье как раз в лесочек пойдём. Ну, это если с помещением не выгорит. Посмотрим.