Онлайн книга «95-й. Сны о будущем прошлом»
|
Среда, 23 августа 1995. Сегодня я ждала телефонных мастеров и нервничала, чтоб они не опоздали. Не хотелось бы встречу с милым пропустить из-за того, что кто-то черепашка. Даже если ниндзя. С утра завернула ковры — по всему дому ходить же будут. Собралась в надежде, что они быстро мне сделают — и сразу выбегу. Платье одела синее с розами, которое я на первое свидание шила. Короче, готова — прям «на старт, внимание, марш!» Пока дождалась — извелась прям вся на удобрения. Тут делов-то! А сколько нервов… На физкультуру я сегодня чуть не опоздала с этими телефонами. Лечу по привычной уже дорожке — бегают! Бег — основа здоровья. Такова доктрина подготовки военного авиационного инженера, как я её поняла. Остановилась уже около привычного мне дерева, как раз чтобы услышать: — Ух ты, смотри какая! Я бы… — тэкс, по ходу кто-то в первый раз меня видит. — Э, а ну, рот закрыл там! — ага, это Вова. — Ты чё! Это жена сержанта, — это уже доброжелатели, понятненько… Пришлось минут десять подождать, пока все добегут, а потом обнимашки!!! Я люблю тебя, солнце моё… Вернулась я домой, шуршу в замке ключом, а тут соседская дверь открывается и соседка, баба Лида, радостно кричит: — Точно, Оля! — Что, баба Рая приехала? — Да! Испугалась твоей двери, ты представляешь? — да уж, представляю… — Её дочка-то хотела назад вести… — из за плеча бабы Лиды показалась наша бабушка. — А я говорю: ну ещё, не буду я по лестницам лазить. Сижу вот, жду тебя уже два часа. — Ты моя-то маленькая! Ну, пошли скорей домой. Перестроения бабушек происходили амплитудно, это почти как корабли в порту местами поменять. Наша бабушка по молодости лет была довольно рослой (ну, по меркам голодных революционных и послевоенных годов) и довольно полной, но к восьмидесяти сильно «уросла вниз», а масса-то… Короче, наша по форме приближалась к идеалу. Баба Лида была посубтильнее, зато ножки у ней с возрастом скривились натурально колесом, и ходила она, сильно переваливаясь из стороны в сторону. Ох, бабульки. — Оля, тут сумки ещё, — отступая от выхода напомнила баба Лида. — Заберу, не переживайте. Баба, домой аккуратно заходи, порожек металлический, — я дождалась, пока наша бабушка совершит длинный проход вокруг металлической двери, и забрала пакеты, — Баб Лида, спасибо, что приютили! — Да ты что, не за что… Рая, ты заходи! — Ага! Бабушка упёрлась руками в косяки и сконцентрировалась. Когда вам восемьдесят четыре, приходится, знаете ли, брать на особый контроль такие ответственные вещи, как преодоление препятствий. Так-так, первая нога бодро перешагнула порог, вторая тоже зашла удачно, — Ой, слава Бох, я дома! — Ага. Ты не пугайся, там у меня в зале шитьё разбросано. Бабушка встала на пороге в зал и вид у неё сделался решительный, словно она приняла вызов немедленно пронестись по этому лабиринту. — Да погоди! Ты мыться-то пойдёшь? Я щас разберу тут… — А полотенце моё? — Принесу. — В верхнем ящике! — Ага. На самом деле у меня не всё так прям ужасно было. Основная часть рулонов лежала уже у меня в комнате. Да, прям посередине — как минимум, до января это место совершенно свободно. Те куски и обрезки, с которыми я возилась вчера, были быстренько водворены в общую поленницу. Всё! Ходить можно! Теперь чай заваривать. Чай у нас — первейшее дело. |