Книга Фокусы реальности, страница 109 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

Я поскорее вышла на воздух, хотя дурнотный запах добивал и во двор.

— Андле нужна. Терпеть не могу этих тварей. Особенно поевших человечины.

— Тогда нам не Андле нужна, а сразу дракон. Сжечь всё нахер, — внёс конструктивное предложение Вова.

Я посмотрела на громадину храма.

— Жалко. Такая красота. Витражи цветные… Посмотри, розетка — восемь лепестков. Отмыть его да посвятить восьми?

— А давайте трёх сестёр позовём? — предложил практичный Мишка. — Приберём эту братскую могилу. Пять минут, и дело в шляпе. Ваня сгоняет.

ДОМИНИРУЯ НАД ОКРУГОЙ

И Ваня сгонял. И привёл. Ваня же, кстати, привёл Петю, временно сбежавшего от своих важных императорских дел, — всё же занятно на эдакое диво посмотреть.

Жёны барона Денисова оценили фронт работ и дружно согласились, что если есть желание сохранить красоту, то внутри должна работать Рут, а Тиша с Лиззи снаружи покараулят, если вдруг что начнёт выскакивать. И вместо ужасающей кучи человеческих останков, кишащих зоологической дрянью, мы получили густой слой чёрного пепла. Это было уже не так страшно. Никогда я не видела масштабных извержений вулканов, но в моём понимании все эти лютые последствия последних дней Помпей должны были выглядеть примерно так же.

Сборная команда заглянула внутрь опустевшего строения.

— Ну, теперь тут и Никола запросто справится, — радостно выдала Настя-медичка, — у него «чтоб полы мылись» с самого начала овладения водным даром хорошо получалось. И мальчишек воздушников позвать надо, я сейчас крикну, они живо проветрят!

Здравая мысль! Убрать этот застарелый запах смерти, а то аж мурашки по загривку бегают.

Никола пришёл, сурово закатывая рукава. Следом за ним, внушая некоторый мистический страх, текла местная мелкая речушка, поразительным образом напоминающая нечто живое и обладающее сознанием. У входа в храм Никола обернулся к ней и сказал:

— Прости меня. Одно могу обещать: ты пройдёшь сквозь землю и очистишься. Это наша работа. Мы должны.

И вода потекла через порог, превращая пепел в тяжёлую взвесь.

Извергающиеся из осквернённых ворот потоки чёрной жижи выглядели довольно-таки аллегорически. Потом пошла вторая порция воды. Потом третья, совсем уже чистая. Заработали воздушники, поднимая в воздух мелкую водяную взвесь, наполняя ею всё пространство до самого потолка. Капли стекали по стенам, унося с собой грязь и гадость, а потом словно заработали огромные вентиляторы, с такой силой прогоняя через омытый храм воздух, что витражные окна мелко дрожали. И отвратительный смрад разложения наконец-то отступил.

Тем временем в прочих помещениях монастыря было решено начать тщательный осмотр. И вскоре выяснилось, что кое-кто здесь ещё остался. Двое крайне истощённых людей, прикованных в подвалах специальными серебряными цепями.

Один, брат Ансельм, был широк в кости и ранее, вероятно, дороден. Сознание его совершенно смешалось. Я проверила его на наличие тьмы, ничего не обнаружила и попросила Ваню сразу отправить его в Лелино, к остальным.

А вот второй, брат Симеус, поразил меня крепостью духа.

Он был уверен, что мы — всего лишь новая и хитрая интрига существа, поработившего монастырь. Он вышел во двор, не сопротивляясь. И разговаривал с нами, как с галлюцинациями. И даже когда через порог храма потекли густые, словно маслянистые змеи, потоки пепельной воды, Симеус не выказал особенного недоумения. По-моему, то, что толстые струи вели себя как живые, и их движения, устремлённые в жёлоб, по-быстрому устроенный нашими земельщиками, создавали ощущение целенаправленности, только добавляло монаху уверенности в наведённом мороке.