Онлайн книга «Дороги, которые...»
|
— Какие вышки, вы о чём? Наши все на клятве, — Глеб посмотрел на сидящих перед ним посланцев и понял, что они ничего не понимают. — Осуждённые дают специальную клятву. На свой срок пребывания. Они не могут выйти за пределы отведённой зоны — иначе смерть. Никто особо и не караулит. — Мощно… — потрясённо пробормотал Гена. — А передачи хоть можно? — Да пожалста! Кроме алкоголя, курева и наркоты. Ну и учитывайте, что хранить особо… — Да понятно… — Вы сейчас не мечитесь по территории, посидите у крыльца с другого торца, у них обед через пятнадцать минут. Хотя, воскресенье сегодня… Могут и раньше пройти. Спросите там, кто заходить-выходить будет. Можете прямо внутрь зайти, быстрее получится. А то можете за ним до вечера пробе́гать. Уже поднимаясь, Жора решился: — Глеб Сергеич, скажи по правде: есть шанс, что Антоха за десятку не скопытится? Начальник искренне удивился: — Чё это он должен скопытиться-то? — Ну… Травмы… Чахотка…– Жоре вдруг стало неловко, а Глеб смотрел на них в некотором даже ступоре. — Ну вы, мужики, даёте! Какая чахотка? Алё⁈ А целитель у нас на что? Тут у меня есть кадры, им по четыреста да по семьсот лет светит за особо тяжкие! И выйти они должны здоровыми, настроенными на общественно-полезный труд и мирную жизнь, сколько им уж там боги ещё отмерят. А вы мне… У длинного здания столовой оказалось совершенно симметричное крыльцо с противоположного конца, вокруг было пусто, две лавки да кусты, изнутри слышался негромкий гул голосов. На двери висела табличка: «Специальный вход». Гена неуверенно притормозил: — Зайдём, что ли? Или сядем, подождём кого? — Начальник сказал — можно. Заходи. Внутри было попроще, чем в отделении для персонала: вместо кафешечных столиков — два длинных стола с лавками. За столами сидело с десяток девушек и человек пять мужиков. Обедающие люди выжидательно уставились на пришедших. Жора окинул лица взглядом, Антона не было. — Приятного аппетита, уважаемые. Не подскажете, Денисова Антона где можно найти? Сидящий рядом с яркой кудрявой блондинкой мужик прищурился практически так же, как до этого начальник колонии: — А вы, добрые люди, кто такие будете? Вы проходите, присаживайтесь, сейчас он подойдёт. Пахан, что ли? По жесту мужика сидящие напротив потеснились, освобождая места. Жора с Геной переглянулись, сели. Жора решил с ходу не нагнетать, ответил спокойно: — Мы работаем на его отца. Ваше начальство уже в курсе. Это заявление как будто несколько успокоило сидящих за столом. Главный удовлетворённо кивнул: — Здравый жест. Не похожи вы на тех сыскарей, что сначала заявились. Один дурак был, второй бо́рзый не по чину. Довольно пошлые люди — оба любили деньги больше, чем надо. — Вы их видели, что ли? — невольно спросил Гена. — У нас тут, конечно, не Париж, но слухи доходят. Пообедаете с нами? Вот уж где Жора не ожидал встретить такого настойчивого гостеприимства… — Спасибо, нас уже ваш начальник колонии накормил. — Тогда чаю, чего сидеть-то как неродные? Лизонька, душа моя, попроси две кружечки? — блондинка живо сбегала к раздаче, а пахан продолжил расспросы: — Отец-то жив? Антоха говорил, за семьдесят ему уже. Пришлось рассказать и о старшем Денисове, и о том, что с доставкой его в Иркутск ничего не вышло. — Херовое дело, — все, сидящие за столом согласно закивали. — От Жемчужного досюда месяца три топать, а то и больше. Это если им удастся таджиков проскочить. Если по морю пойдут — тоже опасно. Ближний порт — Сянлянь. А в Китайском море, говорят, завелась целая пиратская колония, чистят всех подряд… Лучше бы он в Приморском сидел. |