Онлайн книга «Выбор – быть человеком!»
|
Наташа промямлила что-то невнятное, а потом припомнила: — А они по-разному смотрели. Те и… этот. — Да ты, мать, прямо литературный гений! Перл красноречия! Сразу видно: журналист! — баронесса весело захохотала, а потом совершенно обыденно пояснила: — «Те» — уроды конченные, взяты при попытке вы́резать детский летний лагерь. А Андрюха, лавкин сын — так, дебошир и пьяница, да по-пьяни ещё и хамло. Получил в хлебало, упал в социальном статусе, но давно и прочно встал на путь исправления и трудового подвига, так что ему, при сохранении тенденции, с большой вероятностью светит послабление, а там и частичная свобода. Поэтому и смотрели они разно, поняла? В хаосе высыпавшейся информации самым страшным было: — Ка… как это — детский лагерь вырезать? — Ой-й… Придут девки из инспекции, у них подробности спроси. Олеся с Лидой как раз там были. Голоса впереди стали громче. Наташа, в глазах которой всё ещё стоял новый страх, вытянула шею, но вроде бы никто не нападал и никого пока не резал. — Картоха! — прокомментировала баронесса. — А ну, глянем, что наросло! Впереди уже спешивались и жали руки их сопровождающие. Соколик, знакомый и с дорогой, и с копщиками, бодро свернул в сторону большой притенённой площадки, на которую свозили и складывали собранную в сетки картошку. — А она что — мытая? — удивлённо спросила Наталья. Вокруг засмеялось несколько голосов. — А вот многие, между прочим, спрашивают! — ответил невысокий коренастый парень. — Здравствуйте! Это ребята в прошлом году придумали. Если при вспашке даже корни чистые выходят — почему бы не повторить такой фокус? Быстро, чисто, готовить и хранить — любо-дорого! А товарные качества насколько возрастают! — И мелким практика, я так понимаю? — баронесса спрыгнула с козел. — А как же! Вон они, копают! Сегодня у меня мелочь одна, идём не спеша, — парень махнул рукой в сторону поля, на котором происходило… что угодно, извините, только не копка картошки! Уж копать Наталье приходилось: и на даче, и в стройотряде, и как это выглядит — она хорошо представляла. Уж всяко не так, как здесь. Вдоль длинных рядов продвигались ребятишки, лет по восемь-девять. Лица у них были сосредоточены, у иных аж до полной потери эмоций, как маски. Кто при этом краснел, кто потел ручьями. Шли все с разной скоростью. Наташа хотела уже спросить: а что они делают? — когда спины перед ней раздвинулись, и картинка стала видна целиком. Земля под ногами у детей бугрилась, выталкивая из себя крупные розовые, словно поросята, картофелины. Так, очевидно, «мелочь» — это про детей. Это они так копают? Несколько секунд понадобилось Наталье на осознание факта: дети копали картошку магическими усилиями! Дети-маги⁈ Парень, который был тут за старшего, Борис, закричал: — Санька, чуть глубже бери! Таська, а ты не форси; легко — давай на два ряда! Не потеем, бойцы! Мягче! Легче! Не телегу тащим! — и уже тише, обернувшись к барону: — Первое серьёзное задание у них, стараются! Баронесса между тем пошла по полю, приглядываясь к копщикам, замедляясь позади некоторых, прикладывая к затылкам руку. Рядом с одним из мелких она задержалась подольше, о чём-то даже говорила. Вот они остановились, снова двинулись вперёд, на этот раз вместе. — А быстрее пошёл! — удивлённо прокомментировал Борька. |