Онлайн книга «Записки кельды, часть 2»
|
Около столовой кружком сидели трое старших* рейнджеров с ножами в руках. *Аж по пятнадцать лет! И нечего ржать. Кто забыл — официально признанный в Белом Вороне возраст взрослости и сексуальной самостоятельности. Не от безделья маялись, не подумайте. Глаза у всех были красные. — Вы чего тут? Отвечать бросились разом: — Да Александр Иваныч велел новеньких дождаться… Ага, привести к щучьим заводям!.. Мы вот ждём… Теть Валя сказала, что нечего дурака валять — ну вот… Кха-а-а… Что, птичку жалко?.. Утирающая глаза шпана дружно заржала. Эти вообще у нас на поржать быстрые, только повод дай. И Валя, конечно, молодец… В середине рейнджерской кучки стояло два ведра. Одно с нечищеным ещё луком, а другое — с едко сочащимся, освобождённым от шкурок. Трудовой подвиг, не иначе. Я бодро похвалила юнитов за помощь и заскочила в столовую. В обычные дни в это время внутри было уже пусто — девять часов, все успевали разойтись по работам. Но, как говорил дружище Агроном, сын Агронома — не сегодня! * *Художественный фильм «Властелин колец» в переводе Гоблина. Столовая была полна новенькими. Полнёхонька. Один пустой стол и остался — наш с Вовой. Сколько там у меня по списку было? Сто пятьдесят один, вроде. Да ещё три зайца, ага. В дверях кухни, прислонившись к косяку, стояла Валентина. Я пристроилась за столом, разложила свои бумажки, мотнула ей головой, приглашая сесть рядом. — Валюш, ну что? — Да что — люди… С дороги ошалевшие ещё. — Безбилетники наши где? — Да вон сидят… — она показала в сторону углового стола; девчонки сидели, как три загнанных в угол мышки, стреляя глазами во все стороны. — Строго с ними барон, конечно… — А что такое? — Да… Говорил им. Напугал здорово. Уж ревели-ревели… всю кашу слезами залили. А уж тряслись-то… Одна, знаешь, мокрёшенька в баню-то пришла. Описалась, что ль… Да, в это я могу поверить. Напугать как следует — это Вова может. С другой стороны, какая каша из розовых какашек у них в головёнках была… — Ну, щас-то они вроде оклемались. — Ага. Маринка с ребятишками приходила. Чёт разговаривала с ними. Тоже, вроде строго — но ничё, отошли. — Переодели их, я смотрю. — Ну конечно! Сарафаны-то ихние совсем не по погоде. Тем более, Иваныч сказал — на щуку пойдут. — На вшей хоть проверили? Валя посмотрела на меня большими глазами, дескать: а как же! — Сразу! Элин посмотрела, и в баню их сводила — барон велел, она же и вещички им на складу подобрала. Склад — это было довольно давнишнее женское изобретение. Наверное, второго лета. Дети наши стремительно росли, каждое лето, как полагается всем нормальным детям, вытягивались, и их ручки-ножки начинали торчать из рукавов и гач, как карандаши из стаканчиков. Выбрасывать — не резон. Каждая мать знает, что дети многое не успевают снашивать. Да даже если кое-где были штопки и заплатки — на лазанье по деревьям и беготню по лесам эти детские вещички могли ещё потянуть. Вот и завёлся у нас склад, в котором, разложенное по полочкам, лежало всякое детское, ставшее неподходящим прежним владельцам. А потом и не детское тоже — люди же шли на Новую Землю с гардеробом. А тут с ними случалось всякое: кто худел, кто наоборот — массу набирал, даже рост иногда менялся, особенно у пожилых! Склад занимал довольно приличный, выстроенный специально для этого бревенчатый дом. Там и обувка кой-какая была. |