Онлайн книга «Записки кельды, часть 2»
|
— Что⁈ А⁈ — сипло вскрикнула Татьяна Филипповна, выдернутая из объятий бюрократической музы. — Здравствуй, говорю, дорогая! Давай погадаю, всю правду тебе скажу. Всё как есть! Татьяна Филипповна подгребла к себе листки и сделала строгое лицо, яростно засипев: — Не надо! Идите! Я не гадаю! Лицо второй гадалки, невесть откуда выросшей за плечом у первой, сделалось хищным: — Ай, дорогая! Всё вижу, правду говорю! Заколдовала тебя во́ронская ведьма! Соцдама вскинулась и впилась глазами в лицо цыганки. И в этом была её главная ошибка. Опытной ворожейке не надо было говорить, что она удачно угадала. Как удачно! И как повезло, что Давидик позапрошлой ночью увидел, как беловоронцы выезжают из новой усадьбы госслужбы. И самое главное — разглядел, что ворон с воронихой сами там были! Дальше только сложить два и два — и чтоб в прибытке восемь получилось! Толстая Земфира преисполнилась скорби и подсела на лавку, дружески заглядывая инспекторше в глаза: — Ай, бедная моя! Как же тебя угораздило-то, а? — разросшийся до восьми человек хор подпевалок дружно включил сочувственные причитания. — Она ведь что делает, а? Подкарауливает, ловит — на пустяках ловит, скажите девочки? — девочки свою работу знали хорошо и сказали как надо. — Вот! И я говорю! Голос у людей отбирает! — на Земфиру снизошло вдохновение: — Слух отбирает! Зрение! Совсем инвалидами делает людей! А потом лечить предлагает за большие деньги! — Ай ба-а-альши-и-и-е-е-е… — дружно взвыл хор. — Пятьсот тысяч попросила, да? — ткнула пальцем в небо Земфира и по глазам Татьяны Филипповны поняла, что опять угадала. — Ай, бессовестная! Стыда у ней не-е-е-ет! Вот, девочки не дадут соврать: в прошлом году также подловила нашу девочку, Розу — да, девочки? Ну, конечно же, да… Социнспекторша смотрела в пронзительно-чёрные омуты, ощущая глубочайшее расположение и проникаясь ценностью доверенной ей информации. Вот ведь, оказывается, в чём дело! Это были мошенники! И она, заслуженный и уважаемый сотрудник, стала жертвой мерзкой аферы! Цыгане, заметив, что наживка заглочена, разливались соловьиным хором. — Ой, Роза как мучилась… ой, мучилась м-м-м, совсем говорить не могла, совсем! Тоже с неё пятьсот тысяч просила эта ворониха! А потом… — Земфира воровато оглянулась, голос её упал до таинственного шёпота, — мимо нашей деревни шёл лекарь… китайский! — девки выпучили глаза, удивляясь такому выверту воображения, но мелко согласно закивали. — Он Розку вылечил, ты не поверишь! — кричать шёпотом — это особый талант, и Земфира давно довела его до совершенства. — Голос ангельский стал! Поёт как соловей, я говорю тебе! На твоё счастье, он с севера возвращался на той неделе, да… В свою китайскую деревню… Погостить у нас остановился, очень мы ему ещё с того раза понравились, деревня у нас хоро-о-ошая, доброжелательная, хлебосольная. Вечером собирался дальше идти. Если сейчас поторопимся — успеем застать! Ты понимаешь, повезло тебе как⁈ Сильно, сильно дешевле лечит, за… — Земфира попыталась навскидку оценить немедленную платежеспособность жертвы, — за сто семьдесят тысяч всего! Глаза у Татьяны Филипповны слегка потухли. — Что⁈ Не хватает⁈ Да ты не расстраивайся. Сколько не хватает? Да-а-а!.. — цыганка широко махнула рукой, дескать — развернись, душа! — Девки! Для хорошей женщины чего не жаль, да⁈ Скинемся, сколько не хватает, а⁈ |