Онлайн книга «Записки кельды, часть 1»
|
— Понимаешь, любимая, ширина телеги определяется чем?.. Э-э-э… — Шириной дороги! Мы в этом случае ничем не ограничены. Соответственно, с каждой стороны смело добавляем по метру. Получаем платформу… Короче, итогом первого обсуждения стал проект мобильного дома на базе тракторного прицепа, с внутренней площадью пять с половиной на три с половиной метра, стенами из сип-панелей, обшитых снаружи металлическим профилем, утеплёнными полом и потолком, встроенной печкой и тёплой дверью в задней стенке фургона. В противоположной, передней стенке я тоже предложила сделать дверцу, типа балконной, дверь-окно, причём открывающуюся внутрь, чтобы удобно было вылезать на козлы. Пол мы решили покрыть линолеумом попрочнее, а в боковые стенки врезать по паре пластиковых окошек с каждой стороны, не очень больших, чтоб стекло получилось сантиметров шестьдесят на восемьдесят. И ещё одно окошко поуже, рядом с основной дверью, чтобы обзор был в ту сторону тоже. Дверь сместить к левому углу, чтобы в правом спокойно расположить печку… Чем дальше мы углублялись в обсуждение мелочей, тем более хмурым и задумчивым становился муж. Наконец я не выдержала, объявила перерыв, потащила его в кухню, налила нам чаю и тогда уже спросила: — Милый, в чём дело? Муж с минуту молчал, глядя в кружку. — Ты понимаешь, не так всё… — та-а-ак… — Был у меня сон… один в один похожий. Началом, по крайней мере… — Тот сон, где мы загрузили бонгу чем могли, а потом руками её толкали? Муж тяжко вздохнул. — Да… Это, наверное, звучит глупо, но… это казалось правильным! А сейчас… Всё становится очень тяжеловесным… Я уставилась в окно. Из нашего кухонного окошка виден перекрёсток: старые двухэтажки сходятся с трёх углов, с четвёртого — вообще древняя длинная одноэтажная халупа, семьдесят лет назад бывшая клубом рабочей молодёжи, ныне разделённая на магазинчики, с крышей, провисшей как спина у старой кобылы. За старыми домами поднимается стена новых высоток. Светятся светофоры… Не знаю почему, но этот вид всегда меня успокаивает. Очень уютно вот так сидеть, пить чай и смотреть на проезжающие машины. Медитативно. Да. Если душа говорит, что что-то не так, её голосом никак нельзя пренебрегать. — Милый. Ты чувствуешь, что что-то неправильно. Так? — Нет, любимая… На самом деле ты права, нам нужно… — я перебила: — Погоди! Про то, что нам нужно — у меня сомнений нет. И то, что Я всё делаю правильно — тоже. Вопрос в другом: что ТЫ ощущаешь? Это важно. Суперважно, я бы сказала. И игнорировать интуицию в этой ситуации, как говорил товарищ Ленин, — архипреступно! Послушай себя, внимательно. Переночуй с этими мыслями. Осознай, какими должны быть именно твои действия — и от этого будем плясать. Любое твоё решение я поддержу. Я, конечно, не сорвусь внезапно — но, может быть, ты выдвинешься первым, не дожидаясь нас? Разведать всё? По ходу дела, моя пламенная речь упала на плодородную почву (шучу, шучу). По крайней мере, муж приободрился, а в глазах прямо ощутимо замелькали варианты — пошёл просчитывать события. — Только прошу тебя, милый — хотя бы три дня дай мне. Три дня — чтобы задать вектор. Не хочу я без тебя сидеть здесь, так что нужно придать всему ускорение. М? — Ну тогда собирайся! — Куда? — Покажу тебе фирму, которая переделывает телеги, вагончики и всё такое. |