Онлайн книга «СССР: вернуться в детство 6»
|
Пришлось выступать с цифрами в руках, аргументы приводить, доказывать. Думаете, возымело особый эффект? В финале нам выкатили претензию, что по нашей милости наши старшие товарищи не пошли в увал, а просидели все выходные над чертежами. Что называется: кто возместит ущерб? Ну, если утрировать, конечно. Я как услышал — прямо обалдел: — Слышь, ты, — говорю, — умный! Сходи-ка в штаб и предъяви претензию на имя министерства обороны, что заставляют тебя маяться всякой хернёй вместо того, чтоб в увольнении девок тискать! Старшаки сперва аж дар речи от такой наглости потеряли. Зато потом столько слов нашли! Если перевести на печатный русский, в сухом остатке выйдет: «Не сильно ли ты борзый, и не объяснить ли тебе популярно, как со взрослыми разговаривать?» Однако в самом разгаре воспитательной беседы дверь открылась, и тихий голос майора Олёшина, вклинившись в случайную паузу, спросил: — Товарищи курсанты, что вы делаете в расположении младшей учебной роты и почему позволяете себе выражаться подобным образом? Это ещё хорошо, что прапора Коломцева рядом нет. Я в столовой лично слышал, как он своих РЭОшников отчитывал: вот вы, дескать, товарищ курсант, материтесь, а потом этими руками хлеб берёте! Явление «товарища Берии» в очередной раз подтвердило моё предположение, что нашу располагу слушают. Во избежание инцидентов, видимо. Олёшин увёл старшаков — сильно надеюсь, что на уничижительную воспитательную беседу, но на этом мои мытарства не кончились. Тема нетипичных БПЛА внезапно срезонировала и зацепила факультет АВ по-настоящему. Её начали обсуждать. Появилась стенгазета каких-то активистов — вроде технического листка, в котором они излагали свои соображения. Да хрен с ними, с интеллектуалами от авиации! Пусть бы строчили в своих газетках, полемизировали, тысызыть, меж собой. Так они ж ко мне попёрлись! С неопровержимыми, ссуко, доказательствами! За следующий день задолбали меня со своими диспутами, хуже горькой редьки. Я уж начал думать: нахрена я влез в этот блудняк? Мозг вынесли — дальше некуда. К вечеру я запарился окончательно и пошёл к Берии: — Вы как хотите, а мне за всех отдуваться надоело. Хоть приказ издавайте, хоть дежурного около нас ставьте, но чтобы меня не донимали больше со своей заумью, иначе я убью кого-нибудь. СТРЕПТОЦИД, АПЕЛЬСИНЫ И БЕТОННЫЕ БЛОКИ 13 октября 1987, вторник Комбинат дополнительной ступени Оля Сегодня в столовой нам пришлось стоять в очереди дольше обычного. — Ромыч, прикинь, заболел, — сказала Катька. — Глотать больно, горло красное, ужас. Мама ему сразу банку фурацилина* развела и велела весь день полоскать. Хотела шарф красный на шею завязать, шерстяной — не нашла. Я подозреваю, Ромыч его сам спрятал, не любит он колючее. *Антимикробное средство ярко-лимонного цвета. Можно было купить в аптеке готовый раствор или приготовить дома из опупенно твёрдых таблеточек, которые для лучшего растворения следовало предварительно растереть или расколотить чем-нибудь. Мне стало смешно. — А знаешь, почему именно красный шарф? — Почему? — Раньше шерсть красили красным стрептоцидом. Я уж не знаю, помогал ли он на самом деле, или массовое народное сознание решило, что раз стрептоцид — должен сработать и контактно тоже. Но подозреваю, что сейчас красители имеют совсем другой состав, и от шарфа будет толк, только если Ромка мёрзнет. Пусть уж лучше три раза в день обычный таблеточный рассасывает. |