Онлайн книга «СССР: вернуться в детство 4»
|
Наверное, с точки зрения создания угнетающей атмосферы, всё это полезно. И коридоры гулкие и как будто шепчущие, словно специально спроектированные для того, чтобы каждый ваш шаг звучал чётко и отдавался эхом, желательно множественным. Но, блин, как же убого-то всё… — Я бы здесь ремонтик сделала, — скептически заценила обстановку я, вызвав косой взгляд лейтенанта. Вовка поправил на плече футляр с саксофоном (это гитару можно на занятия не брать, а саксофон у каждого ученика свой) взял меня за руку и хмуро спросил: — Куда? Лейтенант кинул на нас странный взгляд и повысил голос: — Батоев! — Чё?! — откликнулись из-за высокой деревянной стойки. — Этих проводи. Из-за крашеного голубого барьера всплыло большое бурятское лицо в фуражке: — Этих, что ли? — Ну! — Потерялись, что ли? — Драку на улице устроили. Бурят осмотрел нас внимательно, не нашёл признаков побоища и недоверчиво уточнил: — Друг с другом, что ли? Лейтенант начал слегка злиться: — Двоих мужиков избили! — Ты шутишь, да? — широко и искренне улыбнулся Батоев, из чего я заключила, что даже если это всё срежиссировано, то товарищ сержант не в курсе событий. — Эта — маленькая совсем… — Оформляй давай, и в детскую! — Да понял, чё… Фамилии говорите… Я представила, что сейчас начнут изображать процедуру вызова родителей или звонков в школу, и заявила: — Дэвис, А́нджела Франковна. 13. КЭГЭБЭШНИКИ СВОБОДУ АНДЖЕЛЕ ДЭВИС! Лейтенант, почти вышедший из помещения, резко развернулся на каблуках. — Чё, прям Дэвис? — удивился сержант Батоев, старательно записывая. — Ага. Папа у меня негр был, разве не видно? Учиться приезжал в медицинский из Камбоджи. Я получилась мулатка. — Надо же! — от души удивился сержант. — А я — Валуа Анри Генрихович, — Вовка насмешливо смотрел на лейтенанта. — Мой папа был француз, поэтому я белый. Лейтенант подошёл к нам почти бегом: — Вы чего тут комедию устроили? Я честно похлопала глазами: — У вас нет возможности подтвердить или опровергнуть эти данные. Ну, реально, у нас с собой никаких документов. — «И моё слово, как лица королевской крови, — Вова улыбнулся фирменной герцогской улыбкой, — не может быть ложным»[24]. Лейтенант дёрнулся через стойку: — Батоев, бл***, чё ты пишешь? — Так чё, не Дэвис, что-ли? — сержант Батоев, кажется, даже обиделся. — Дэвис-Дэвис, — успокоила его я. — Это товарищ лейтенант нервничает, опасается, что не тех поймал. На этом сердито покрасневший лейтенант лично увёл нас в глубь участка по длинному коридору, где обнаружилась большая комната с длинными скамейками по периметру. Кусок стены, выходящей в коридор, был забран решёткой с решётчатой же дверью. Дверь закрывалась оригинально — на засов в виде буквы Г, перекидывающийся поворотом. При этом петля в короткой стороне засова должна была совпасть с петлёй стационарной, приваренной к основной раме — для запирания на навесной замок. По всей вероятности, постоянно открывать и закрывать этот замок сотрудники считали излишеством, посему он был навечно замкнут на короткой стороне засова и, соответственно, вместе с ним туда-сюда перекидывался. Ну, как бы закрыто, чё… В комнате сидела кучка шпаны, уставившаяся на нас с ленивым интересом. Лейтенант распахнул железную дверь и несколько издевательски поклонился: |