Книга СССР: вернуться в детство 3, страница 4 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Это ты меня ещё с бантиками не видел. Я буду ваще королева!

Мы шли, держась за руки, счастливые, как два дурака.

— Слушай, а как ты меня маме представишь? — спросил вдруг Вовка. — С какой радости ты вдруг привела левого мальчишку показывать свои строения и все эти… — он покрутил в воздухе пальцами.

Я на минуту задумалась.

— О! А мы даже и врать не будем. Мы тебя заявим как заинтересованное лицо. Как будто я нашла единомышленника по сельскохозяйственной линии. Будешь членом моего юннатского объединения? Я тебя представлю как специалиста-зоотехника. Юного, конечно же, а? — я победно на него посмотрела.

— Кстати, вполне вариант. Кого выращивать будем?

— Да как обычно: курей, кролей, коз. Хрюнделей.

— На сколько голов рассчитывала?

— На максимум, исходя из заявленных норм. Ты читал, там какие строгие правила? Вот посмотришь, офигеешь. Главное дело — где хороших коз взять?

— Я у деда спрошу. Наверняка, где-то выписать можно.

За разговорами мы постепенно дошли до лесничества, от которого в сторону садоводств в лес сворачивала теперь уже не тропинка, а широченная тропа.

— А дороги-то нету, — оглянулся Вовка.

— О! Её когда себе построят! Лет через семь-восемь.

— Ну, раз дела по-другому пошли, глядишь, и дороги раньше появятся. Землю режут, движение растёт, она тут прямо просится.

— Ну, так-то, да.

В лесу было классно, а народу, наоборот — мало; даже если люди и шли, то все на некотором расстоянии, и можно было уже не изображать чинность-важность, а поскакать вокруг Вовки в своё удовольствие.

— Какая ты маленькая, смешная.

— Это я уже большая! Скажи спасибо, что я в восемьдесят первый в Мегет не явилась со своим вызовом.

— Спасибо! — очень серьёзно ответил Вовка. — Это были пять тяжёлых дней. Но я думаю, что действительно помог ему.

— А-а, так слияния не произошло?

— Нет, я был, скорее… наблюдателем, наверное. Особенно поначалу.

И Вовка начал рассказывать мне, как оказался присутствующим в теле сибиряка-некроманта (наследственного, в стотыщпятьсотом поколении!), прибывшего на фронт с Байкала — куда-то в Карелию, где они попали в окружение, а потом его часть прорывалась к своим с тяжёлыми боями. Воевали они, кстати, против технократического германского вермахта.

За разговорами мы вышли к трассе — совершенно пустой.

— Ну что, дальше куда?

— А вон, — я ткнула пальцем в указатель на противоположной стороне дороги, — видишь: «Ньютон» — нам туда.

— Реально, рядом!

— А я что говорю!

Мама, увидев меня, страшно разволновалась и начала активно бояться: как же это я через лес одна? Аргумент, что я не одна, а мы вдвоём, кажется, её не убедил, и мы тупо сбежали на мой участок. Размах строительства Вовке понравился, скорость — тоже.

— Тут, как ты понимаешь, всё как в той схеме, где из «быстро, качественно, дёшево» можно выбрать только два.

— Я так понимаю, ты решила исключить «дёшево»?

— Ну, естес-с-сно. Как бы иначе я получила быстро и качественно?

— Логично.

Вовка, увидев кучу моей детско-подростковой родни, высказался, что их вполне можно было бы привлечь в рамках семейно-родственного подряда. А что? В газетах давно намекают. В счёт той же самой производимой продукции. Потому что строить всё по принципу «помогите нам бесплатно, мы хорошие» в нашем случае как раз будет отдавать той самой порицаемой бессовестной эксплуатацией.