Книга Солнце мое-2, страница 93 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Так я же с соком. На стакан апельсинового — рюмочку, чтоб простуду выгнать. Вот, тяну.

— Ясно всё с вами. А Халкон чего выгоняет? За компанию?

— И зря ты, Оленька, нас критикуешь! — выступил Халкон с защитной речью. — Повод есть, между прочим.

— Да! Повод есть! — радостно заорал Вова. — Совсем ты меня сбила со своей перцовкой! Письмо же пришло!

— Какое письмо? — вообще потеряла нить рассуждений я.

— Электронное, — важно сказал Халкон. — Мне на почту.

— Тоже, я так понимаю, на электронную?

— Да. Мы же рассказ ваш с моего мыла отправляли.

Я посмотрела на него длинным взглядом:

— Отправляли с чего?

— С мыла. Ну, с е-мейла!

— С электронной почты, — добавил Вова.

— Ага. И теперь?..

— Пришло сообщение, что мы получили третье место! — возопил Вовка.

— Покажите хоть письмо-то.

— Я его, к сожалению, не распечатал, — повинился Халкон.

Я мысленно вообразила себе запечатанный конверт. Тьфу! Электронное же письмо! О принтере речь идёт, понятное дело. А Халкон бодро продолжил:

— Но там сказано, что ваш рассказ войдёт в сборник фантастических рассказов вместе с остальными победителями.

— Тоже электронный?

— Нет, обычный, бумажный! И вам пришлют авторский экземпляр. Надо адрес почты в реале. Вот, я приехал узнать. А Вовка тут лечится.

Под прилавком угадывалось уже три пустых упаковки от сока.

— Так, вы тут не налегайте, а то будут говорить, что кассеты какие-то бухарики продают. А ты, кстати, что не работаешь? Или кто в павильоне?

— Олежа брат сидит сегодня.

— Ну, понятно…

И тут в окно постучали. Олеся чего-то яростно маячила.

— Ладно, ребятушки, я побежала арбайтен. Но помните: я присматриваю за вами!

— Адрес напиши! — крикнул вслед Халкон. — С индексом! Я зайду, заберу!

Я написала Халкону свой адрес с индексом — максимально разборчивыми буквами, на которые была способна. Но он не зашёл. А так и просидел с Вовкой до самого закрытия.

Нет, они не бухали, не думайте. Вова реально практически не пьёт, и для него эта рюмка перцовки — уже много, а две — потолок. Но Халкон-то пьёт. Как лось, я бы сказала. И он, видимо, рассчитывал на продолжение банкета после закрытия центра.

НЕЛОВКО ВЫШЛО

Полагаю, Вове, несмотря на всю свою (временами проявляющуюся) беспардонность, неловко было выставить Халкона ни с чем. Всё ж таки он как бы не просто поспособствовал нам в конкурсе поучаствовать, а вон, ещё какие-то усилия в нашу пользу должен предпринять…

До половины восьмого парни чинно сидели в кассетном павильоне, а потом начали с завидной периодичностью стучать ко мне в стекло кабинета и с помощью невнятных воплей и пантомимы выяснять: не пора ли нам домой?

Ближе к восьми я ответила (тоже с помощью пантомимических ухищрений), что ещё пятнадцать минут. Пошла проводила детские группы, которые как раз закончили занятия. Кое у кого из клиентов остатки оплаты собрала. Ну, всё. У меня остались только две группы по залам: айкидошники да дети с восточными танцами. Остальные кабинеты заперты. Можно со спокойной душой оставить охранника дежурство заканчивать.

— Борис Петрович, вы же без меня всё закроете, на охрану поставите?

— Конечно-конечно, Ольга Александровна! Идите домой, чего здесь зря сидеть.

Вот видите, какой у нас политес.

Я стукнула в окошко, что выхожу, заперла кабинет и выползла на улицу. Вот тут я окончательно поняла, что от Халкона нам не отделаться.