Онлайн книга «Солнце мое-2»
|
— Ну, так-то да… — я вздохнула. — Блин, как её сдать-то, без мебели? — А что там есть вообще? — Да ничего там нет! — Пустая коробка, что ли? — Ну, не совсем коробка, — я подумала. — Коробка с выгородкой. Там унитаз, душ с поддоном, квадратным таким — ну, практически как у тебя в общаге. — Ага. — А в само́й комнате… Плита. Раковина в углу. Шторы на окнах древние, как говно мамонта. То ли забыли их, то ли бросили. И ещё, совсем уж из смешного, несколько крючков у входа. — Для верхней одежды, что ли? — Н-но. Мощных таких, годов пятидесятых, наверное. Закрашенные уж на сто рядов, вот и не стали, видать, отрывать. Ну и буфет вот Василич обещал. — М-гм… — Вовка что-то покумекал. — И почём ты её хотела сдать? — Тыщ за триста пятьдесят, наверное. Так-то она в два раза больше твоей комнатушки, да и центр. — М-гм, м-гм… тогда мы с тобой буфет завозим — и ещё успеваем на круг. — А сегодня что — среда? — Забыла? — А разве не четверг? — Ты чего? Вчера третье сентября, вторник был. Ой, точно! Вчера Вовка целый день Шуфутинского крутил, и через раз эту «Третье сентября». Модная песня! А я сегодня с утра в садике работала. Значит, точно среда. Народу не было, и мы снова начали целоваться. И тут мама бежит. Мы услышали, как дверь дёрнулась, подскочили, как пионеры. А она даже заходить не стала: — Ольга! Сашок звонил… — Только что? — Да! Сказал: «Через двадцать минут приеду, с буфетом, ждите!» — деловито крикнула маман в двери и побежала обратно. — Поняли, ждём! — бодро гаркнул Вова ей в след и глянул на часы. — В принципе, шесть сорок. Как раз подъедет, и закрываться можно, — он сел на единственную в павильоне табуретку и хлопнул по коленке: — Иди сюда! У нас ещё двадцать минут! В общем, двадцать минут мы провели с пользой и подъехавшего Василича встречали такие… слегка розовые. Я, честно говоря, опасалась — как он этот буфет впихнул, и куда же сяду я — но оказалось, что он успел заскочить в гараж за прицепом. И в этом прицепе стоял буфет. И двустворчатый шифоньер — спиной к спине, словно они приготовились защищаться от надвигающегося безумия. Все обмотанные верёвками. — Ну что, молодёжь! — голос у Василича был страшно деловой. — Я тут к тёте Маше заехал, загрузился. — Гос-споди, как вы этот буфет один заволокли-то⁈ — Да мне соседи помогли, дядь Жора с сыном. — Ёкарганэ! — оценила конструкцию я. — А они не опрокинутся? — Мы тихонечко поедем, — с похвальным позитивом уверил меня Василич. — А в багажнике там ещё тумбочка и полка обувная. И Галя сказала «Малютку»* завтра с антресолей забрать, всё равно она только место занимает. *Это такая самая простецкая стиральная машинка, без функции отжима. — Ух ты! — Ага. Холодильник мы с ней и так вдвоём загрузим. Он не такой тяжёлый, сколько неповоротливый. А вот заносить я бы тебя, Вова, попросил помочь. — Поможешь? — я с надеждой посмотрела на него. — Да какой разговор! Конечно! И «Малютку» эту помогу вынести. Она где там? — Ой, она на той большой полке над входной дверью, в самой глубине! — Ну, вот и сниму. Вышла из магазина, побрякивая ключами, мама, и Саша засуетился: — Давайте-давайте, закрываем! Поехали! На заднем сиденье «Ниссана» Вовке было, конечно, тесно. Мне-то с моим ростиком впритык, а Гулливеру нашему — вовсе враспор, пока потихоньку допилили, он весь изъёрзался. |