Книга Солнце мое-2, страница 79 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

Но всё равно, движение вокруг радовало. Сарафан — он и так работает.

Вова сегодняшним днём тоже остался доволен. Народу к нему зашло за день — прям табуны. Да и не только к нему! Учитывая, что уроков не было, только торжественная линейка — и гуляй, любопытствующие школьники и их родители заглядывали и в магазины, и (внезапно) в парикмахерскую, и даже ателье заново увидели. Папа тоже говорил, много смотрели. Он сегодня с Тонькой работал, иначе бы, как пить дать, спёрли бы у него не одну вещь.

Ну вот, и у Вовы сегодня получилась первая выручка. Нехилая такая.

— Ты только не стремись сразу потратиться, — посоветовала я. — Половину, считай, надо на чистые кассеты потратить. Да исходники ещё покупать…

Исходники у них откуда-то доставал Халкон. Но ему, понятное дело, тоже надо было за это платить, пусть и не втридорога.

А ещё сегодня мне понесли арендные денежки, и я сразу почувствовала себя богатенькой Буратиной!

МОИ ДЕЛА

Итак, со мной рассчитался магазин (понятно, что под словом «магазин» я имею в виду все подразделения, которые у меня там обретаются, да?) и кружки-арендаторы. Получилось семь лямов! Более того, все остальные кружки, которые функционировали от клуба, тоже несли деньги мне. Точнее, администратору Шуре. А Шура складывала их в сейф и по мере накопления передавала мне. Сумма мгновенно выросла о-о-очень приличная (шёпотом скажу вам, приближается к двадцатке), но следовало учитывать, что из этих денег надо будет выплатить зарплату преподавателям, уборщице, администратору, охранникам и, возможно, что-нибудь ещё. Поэтому вынуть из этой кучи можно было разве что пять миллионов (в примерном приближении). И я их вынула! И сразу вручила стекольщику. Мне нужны нормальные окна, а потом быстро внутри отделать, чтобы этот пристрой мёртвым грузом не стоял, а начал приносить какой-никакой доход.

И. можете себе представить, именно в тот момент, когда я дядьке-стекольщику эти деньги вручила — папа звонит:

— Ольгуня, зайди!

Я со спокойной душой оставила центр на администратора с охранником, побежала.

— Что случилось?

— Да, так-то, ничего особенного. Хотел предложить тебе, пока Тоня сегодня работает, прокатиться кой-куда. Ты как? Можешь сейчас?

Таинственность такая, куда деваться! И Тонька из-за стоек с одеждой выруливает.

— Привет! — я махнула рукой. — Да могу. Поехали.

Села я в паджерик, спрашиваю:

— Куда едем-то? Что за секреты?

Папа неопределённо прищурился:

— Да, знаешь, не очень я хочу, чтобы о твоих делах судачили.

— Ага. Значит, всё-таки мои дела?

— Конечно. Ты забыла, что ли, мы людей просили по недвижимости что-то приличное подобрать?

Я прям обалдела:

— Папа! Пристрой же затеяли, какая недвижимость⁈

— Пристрой стоит, есть не просит. Ты за окна отдала?

— Конечно!

— Ну и вот! Остальное можно со следующих денег сделать. А жильё хорошее пока подворачивается, надо глянуть. Ребята нам три квартирки подобрали. Как договаривались, сразу проверенных: без малолетних прописанных, без хозяев-сидельцев в местах не столь отдалённых, без долгов по коммуналке и прочих фокусов.

— Это обнадёживает.

— Вот и я говорю: надо посмотреть, — мы вывернули в сторону Юбилейного, но сразу взяли правее — к Лермонтова. — Ближнюю сперва глянем. Там на заднем сиденье в папке копии планов, глянь, пока едем.