Книга Солнце мое-2, страница 69 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Но я же не знала, что он работает!

— А что он должен был делать? Бомжевать? — я раздражённо выдохнула, стараясь успокоиться. — Вова работает, представьте себе! И собирается открыть собственный небольшой бизнес. А если бы его вообще в городе не оказалось? Вот заночевал бы он у Василича на даче, чтоб не кататься туда-сюда? Что бы вы делали? Поехали туда его искать? И я, видимо, с вами, бросив все свои дела, да? А если бы не нашли? Получилось бы, что вы просто так из Железногорска скатались туда-сюда?

Я сердито замолчала.

Дошли мы до общаги. Хорошо, что у Вовки в секции хоть звонки в каждую комнату проведены! Позвонили. Три раза. Наконец по коридору зашлёпало. Вовка открыл — в трусах, взъерошенный. Уснул уже, по ходу.

— Вот это ни хера себе…

— Здравствуй, Вова, — довольно чопорно поздоровалась Алевтина Александровна. — Впустишь?

— Здравствуй, мама, — Вовка посторонился. — Ты откуда?

— Вот, приехала посмотреть, как ты живёшь.

— Ну, охренеть теперь, — совершенно искренне сказал Вовка, всё ещё держась за дверь в надежде, что я войду.

— Ладно, вы разговаривайте, а я домой, пока не совсем поздно.

— Ну, вот ещё! — возмутился он. — Тут шпана постоянно.

— Да, вроде, не было никого.

— А если повылезли? Чтоб я сидел, думал? Нет уж! — Вовка для верности схватил меня за руку. — Подожди минуту.

На самом деле, ему понадобилось даже меньше времени. Он стремительно натянул джинсы, футболку, ткнул матери пальцем на дверь своей комнаты: — Подожди, я Ольгу провожу.

— А, может…

— Я сказал: подожди!

Мы вышли из секции, оставив Алевтину Александровну стоять посреди коридора. Вова выразил своё отношение к происходящему несколькими непечатными конструкциями.

— Вот что её принесло, а?

— Беспокоится. Ну, она так говорит.

— Аргх, — он сердито потёр шею. — Пошли быстренько, а то не посплю я сегодня совсем.

Мы бодро порысили в горку.

— А как вы там разложитесь-то вообще? Может, тебе потом к нам?

— Ну! — отмёл эту идею Вова. — А ключ? Через кого-то забирать, передавать? Я завтра опять довольно поздно вернусь, а она, скорее всего, утром к подружке в Мегет попылит. Ничего… Спальник Василичев у меня с последней игры остался. И коврик. На полу лягу.

А перед этим, полагать надо, ещё час-полтора с маман разговаривать будет. Ей же надо. К тому же, она уже приехала, значит все должны.

Нет, решительно сердила меня вся эта ситуация.

И как он потом будет?

Я не представляла, как можно уснуть после такого эмоционального всплеска, но у Вовки была счастливая, приобретённая в армии привычка: в случае необходимости спать в любых, даже самых неблагоприятных условиях.

СВОБОДА ДЕЙСТВИЙ

После внезапного визита Вовиной мамы Вовка некоторое время ходил хмурый. Попыталась спросить, что он матери рассказывал — сразу совсем расстроился, посмурнел. Я и не стала больше наседать. Ну, нафиг. Надо будет, сам поделится.

Зато бабушка вдруг засобиралась на дачу. Подозреваю, мама её сомустила (это такое диалектное словечко, смесь «сманила» и «соблазнила»). И бабушка устремилась! Огурцы с грядки, малина-клубника и прочие прелести сельской жизни.

А я осталась — у меня же керамистка Тамара Николаевна, которую ежедневно в будние дни караулить надо, а теперь ещё и специалисты по фундаментам. Они, конечно, мастера своего дела, но все вокруг хором говорили, что за ними глаз да глаз нужен. Два глаза, в общем. Иначе нагородят тебе криво-косо, строй потом, как хочешь.