Онлайн книга «Солнце мое»
|
Так что, можно сказать, с кровью увольнительную вырвал. И на законных основаниях в воскресенье ко мне пришёл. Почти весь этот день (и конечно же ночь) мы провели, обнимаясь. И просто, и разговаривали, и ели рядом, и книжки читали, прижавшись боками. И, конечно же, любили друг друга. Кхм, неоднократно, да. Ни-ко-го в гости звать не стали и сами никуда не пошли. И даже гулять не выползали, тем более погода стояла промозглая. Утром в понедельник Вова уехал в часть, сказал, чтоб я по сырости к нему не каталась, не морозилась. Пока обойдёмся телефоном. ФИЛФАК И КОЛЕБАНИЯ В конце октября староста Олеська позвонила и попросила забрать стипендию: — За два месяца уж таскаю, Оля! Нет, с моей новой работой всё стало веселее, но не в наших это традициях — пренебрегать деньгами. Всё-таки восемьдесят тысяч, прибавили нынче маленько. По средам у меня утренних занятий не было, я и понеслась. И как специально налетела на одну из старейших наших преподавательниц! Амалия Иосифовна, маленькая и бодрая дама, вцепилась в меня, как клещ: — Оля! Так! Давай-ка вот сюда зайдём на минутку! Она подтолкнула меня в кабинет, вошла следом, снова высунулась — убедиться, что под дверями никто не стоит. Ну, артистка! Амалия Иосифовна была соседкой и приятельницей моей школьной классной руководительницы, и как-то так получилось, что она проявляла ко мне некое особенное внимание. Подозреваю, что наша Антонина напела ей в уши, что я местная звезда, да уж. Посмотрела на меня строго, как будто поверх очков: — Оля, признайся честно: ты что, решила бросить учёбу? Я решила ответить честно: — Есть такая вероятность. — Почему⁈ — Не получается у меня совмещать с работой. А кушать надо. — Нет, это я могу понять, конечно… Но что — совсем никак? — Думаю я, на самом деле. Но скорее — никак. Да и не моё это. — Ну вот, снова здорово! А журфак? Материал, говорят, отличный выдала. — Нет, тоже не моё. Ну, не моё, как ещё сказать? Материал — да. Я вам откровенно скажу, была бы возможность сделать это в Иркутске, я бы с удовольствием перевелась на лит фак. Но в Новосибирск ехать не хочу, а ближе нет. Пока думаю. Нужен ли мне перевод, куда и на каких условиях. От этой моей тирады она откровенно загрузилась, посмотрела на меня так — отстранённо-оценивающе. Роста она была совсем невысокого, даже по сравнению с маленькой мной, поэтому смотрела слегка снизу вверх. Покивала каким-то своим мыслям. — Я поняла, Оля. Думай! Думай хорошенько! Не знаю, к каким таким своим выводам она пришла, но вид у неё сделался суровый и торжественный. — Ну всё, иди, иди! А ВОТ И ПРИГОДИЛСЯ КОНВЕРТИК Седьмого ноября у моего папы день рождения. Мне вообще в этом отношении повезло. Папа — седьмого ноября, мама — первого мая. Вся страна ликует! И когда он накануне с утра позвонил, я думала, честно говоря, что он напомнить хочет, ко скольки подходить, а он внезапно говорит: — Доча, есть разговор нетелефонный. Ты сегодня дома будешь? — Ну, до полтретьего буду, потом работа, а потом сразу учёба. — Так-так… — он что-то прикидывал. — Жди тогда, я прямо сейчас к тебе выезжаю. — Жду. А ч… — «что случилось?» я спросить уже не успела. Да и вообще, глупый это был порыв, сказано же: нетелефонный разговор. Папа примчал буквально через пять минут — из дома, наверное. Поздоровался с бабушкой, кивнул на мою комнату: |