Онлайн книга «Не все НПС попадают 3»
|
Змеехватс выплюнул несколько непечатных слов. — Вот и я так подумал, — согласился человечек. — Я мало что мог сделать, но когда хозяин ушёл, я прикрыл Тоду тряпкой. Ему там тоже плохо было, но хотя бы не прямые лучи. Той ночью мы договорились сбежать вместе. Я усыпил собак… — Полезный навык. — Обычное свойство домовых, — пожал плечами человечек, — кстати, меня зовут Джеймс, приятно познакомиться. — А меня Змеехватс. Очень приятно, Джемс. Домовой не стал спорить с подобной интерпретацией своего имени и выбрал из трёх открывшихся проходов самый левый. — Так вот, я усыпил собак, да и хозяина заодно. Потом я подтащил к Тоде ящик с инструментами — на это у меня ушло около двух часов. Потому что, вы должны понимать, мистер — ящик большой, а домовые… — Понятно. — Затем мы ушли. Тода был страшно слаб. И солнце… Я не очень понимаю, как оно действует на гоблина… — Оно выпарило его, — мрачно пояснил Змеехватс, — выпарило его жизненные силы. — Страшная вещь, — покачал головой домовой. — Тода шёл, пока мог. Держался на одном упорстве. Под утро мы забрались сюда, и на следующую ночь он уже не смог подняться. Я пытался его кормить, но он… как будто продолжает таять. — Так и бывает, — Змеехватс говорил через силу. — Если бы он просто лежал под солнцем — умер бы в тот же день. А то, что случилось… это как смертельная рана. Она точит изнутри. — Ужас, — горестно покачал головой Джеймс, — бедный мой друг… Коридор внезапно закончился узкой каморкой, заваленной хламом вперемешку с кусками старой штукатурки. В углу кто-то явно разгрёб место почище, расстелил кусок старого ковра, и на этой убогой постели лежал гоблин. Состояние его было ужасно. Бледное, посеревшее тельце сморщилось, как будто ссохлось. Руки, похожие на зимние веточки тополя, лежали совершенно неподвижно. Неужели умер⁈ Змеехватс кинулся к гоблину и приставил к лицу выхваченное из кармана зеркальце. На стекле остался едва заметный запотевший след. Дышит! — Жлаторукш⁈ Глаза гоблина невидяще приоткрылись — очень светло-голубые, выцветшие, подобно зимнему белёсому небу, глаза. — Та-а-а… Когда-то меня так звали… — шёпот был тихим настолько, что Змеехватсу пришлось склониться почти к самым губам. Он понял, что ещё слово — и жизнь старого мастера утечёт вместе с ним куда-то туда, где любопытно бы побывать, но так чтоб не очень скоро. Змеехватс выдернул из своего «патронташа» лечилку, отщелкнул пробку и вылил тёмно-вишнёвое содержимое в рот Златорукса. Некоторое время ничего не происходило, и столпившиеся у входа разведчики уже начали огорчённо переглядываться. И вдруг, безо всяких переходов, пожилой гоблин резко сел на своей лежанке и уставился Змеехватсу в глаза. — Вы кто такие? — Тёмный властелин вернулся, — Змеехватсу показалось, что логичней будет пойти по порядку. — Он увидел твоего робота, понял, что это гоблинская работа, и решил, что ты в беде. Послал нас искать. — Что такое робот? — несколько подозрительно уточнил Златорукс. — Он так называет твою шагающую машину, которую чернобородый гном выдавал за свою. — А-а! — Златорукс поджал губы. — Без сердечника она бесполезна. Хотя я мог бы попытаться… — Тёмный властелин нашёл сердце робота, — остановил его Змеехватс, — мастера уже начали восстановительные работы. |