Онлайн книга «Не все НПС попадают…»
|
Лёха взлохматил волосы уже двумя руками, издал стон, больше подходящий умирающему бизону, и упёрся локтями в стол. — Не поверят наши… Вольф посмотрел на Лёху, на Петьку и недоумевающе выпятил губу: — Ну, не поверят, и что? Лёха продолжал мычать: — Парень, считай, невозможное совершил! Петька усмехнулся: — Да забей! Тебе важно — но ты же знаешь правду? Я за себя знаю. Остальное — пофиг! Оддгейр потянулся через стол и пожал Петьке руку. МАРИНА — Ух ты, а эта мадмуазель здесь какими судьбами? — удивился Дэн. Петька оглянулся. За одним из столиков у входа устроилась Марина. Выглядела она сейчас куда более раскованно, чем пару часов назад в офисе. Очень облегающая и очень открытая тёмно-красная блузка. Ещё более тёмно-красная очень короткая юбка. Туфли на тоненьком каблучке, аккуратный клатч. На шее и в ушах что-то золотистое с крупными, переливающимися разными оттенками красного камнями. И помада в тон. Женщина в красном, в общем. Выглядело… мда, по высшему разряду. Даже как-то… Нет, глупо будет струсить и не подойти. Тем более, обещал же. Петька поднялся. — Мужики, извините, мне пора. Марина поднялась ему навстречу, улыбаясь: — Привет! — Привет! Шикарно выглядишь. — Спасибо, — она лукаво сощурилась, — Ну что, в Серпантин? Они вышли в коридор. По ощущениям, за ними сейчас следило полстоловой. — Я здесь ничего не знаю, поэтому — отдаюсь на вашу волю, леди! Они пошли по коридору. — О, как галантно! Серпантин — это кафе. Там каждый столик в своём кабинетике, и все они размещены на таком специальном креплении, — Маринин пальчик изящно обрисовал в воздухе спираль, — Очень уютно. Камерно. — М-гм, — Петька подумал, что стоило заранее позвонить Дрозду и попросить в долг некую условную сумму… Интересно, сколько надо, чтобы нормально провести вечер с девушкой? — Есть ещё кинотеатр, там несколько залов, но мне почему-то сегодня не хочется. — Та-ак. — Золотой дракон. Там китайская кухня и вообще всякий восток, — Марина добросовестно перечисляла ресторанчики, — Ренуар. Там больше Франция. Она вдруг остановилась: — Знаешь что? Я что-то после этих тортов есть вообще не хочу! Пошли лучше в парк? Тепло уже, говорят, открыли летнюю эстраду. Оркестр и танцы. Пошли? — А что, давай! — А ты танцевать-то умеешь? Танцевать Петька умел не всё и не всегда хорошо, но… — Вальс точно смогу. Недавно на выпускной бал учили. А уж медляк потоптаться… Марина засмеялась: — Завидный кавалер! Пошли! Если что — буду тебя учить! И они пошли в парк, где под старыми деревьями, увешанными фонариками, действительно была организована эстрада и танцплощадка, и играл настоящий оркестр. И танцевали что-то старинное и совершенно сумасшедшее, смешно дрыгая ногами. А потом что-то ещё другое, смеялись до упаду, и Петька чувствовал, что чудовищное напряжение сегодняшнего дня действительно уходит, растворяется в этой бесшабашности, в бешеных ритмах и в золотых мелькающих огнях. А потом музыка стала завораживающе-тягучей, а девушка — очень близко. Он чувствовал нежность её рук, её тёплое дыхание рядом с ухом, тяжесть и упругость прижимающихся к нему грудей. Её запах. Мягкие губы, у которых был вкус мятной конфетки. Они целовались в кустах сирени, а потом она отстранилась — и в глазах её сверкали крошечные золотые искры — и сказала: |