Книга Маша без медведя 2, страница 71 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

Автомобиль младшего Скворцова явно был выпендрёжным. Вытянутый, хищный, тёмно-синего мерцающего цвета с металлическим отливом. Валера (на все руки мастер) сидел за рулём, невозмутимо поджидая пассажиров. Выходили из особняка мы, понятное дело, через парадный вход для жильцов, но под тенью.

— А что, пальто нам не нужно? — притормозил Сергей.

— Не нужно, не нужно! Время!

Мы сели в машину, и я мгновенно распространила прикрывающую нас тень и на неё тоже.

— Валера, теперь очень внимательно. Имейте в виду, что нас никто не видит. Совсем.

Он обернулся и посмотрел на меня совершенно круглыми глазами:

— Вы серьёзно?

— Абсолютно. Для прочих участников движения нас нет. Постарайтесь довезти нас живыми. Берег реки, любая площадка или карман, желательно побезлюднее.

— Понял.

— Мы в вас верим.

К нашему всеобщему счастью, движение в этих ленивых богатых кварталах было таким же ленивым. Да и погода сегодня не располагала. К реке мы подъехали в районе большой (очень большой), но практически пустой стоянки — дураков, желающих насладиться промозглым речным воздухом в сочетании с метелью, кроме нас не нашлось. К воде спускались ступени, украшенные внизу лежащими на постаментах львами. Спусков было много — шире или уже, рассчитанных на разные компании. Очень удобно.

— Валера, ждите! Сергей, идём.

Мы вышли из машины, выбрали крайний узкий спуск и пошли вниз по ступеням, облепленным снегом и немного льдом. Ширины лестницы едва хватало, чтобы идти рядом. От непосредственной близости реки мне стало вдруг легко и весело, всякую усталость как рукой сняло. Казалось, что здесь даже воздух искрится. Полететь бы над этой рекой! Сейчас я смогла бы невесомо, как ледяной дракон! Хотелось хохотать и порхать как бабочка. Удивительно, сколько разных чувств и желаний одновременно…

— А почему вы обращаетесь к Валере на «вы», а ко мне — на «ты»? — с непонятной для меня интонацией начал Сергей.

— Хм, действительно. Мы немедленно исправим это упущение.

— Нет-нет, напротив! Разрешите и мне обращаться к вам на «ты»!

— А мы вообще представлены?

— Э-э-э… Я помню вас в своей голове.

— Во-о-от. Именно поэтому я говорю тебе «ты», Серёжа. Можешь и ты отвечать мне тем же. После совместного брожения по колено в экскрементах это вполне допустимо. Маша, — я остановилась и протянула руку для рукопожатия, однако Сергей осторожно развернул её и прикоснулся губами к моим пальцам. Несколько дольше, чем того требовал местный этикет.

Это что — как будто бы ухаживание? Ну, прям оборжаться. Только что ведь пацан из дерьма выколупался…

Ой, извините. Это я непроизвольно на манеру речи выпившего дядьки Гроя сбилась.

Продолжая рассуждение — возможно, это такая ответная реакция организма на стресс? Говорят, бывает у спасшихся после страшных кораблекрушений и прочих катастроф — вроде как природное, оставить потомство или что-то в этом роде?

Я слегка усмехнулась:

— Это, конечно, мило, но я не испытываю влечения к ходячим скелетам.

Он слегка покраснел и отпустил мою руку.

— Я прошу прощения. Или не ст о ит? Может быть, это сон? Или я умираю, и всё это последний болезненный бред? Тогда спасибо, что он такой красивый.

— Да, вид на реку прекрасный, — я продолжила спускаться по ступенькам.

— Я имел в виду тебя, — сказал он мне в спину.