Книга Маша без медведя 2, страница 114 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Они некоторые с подарочными надписями.

— Тем более! Пакуй, я возить буду.

— Ночью, что ли?

— А что? Весь день спала.

ГДЕ-ТО. СНОВА ИМПЕРСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

— Чем порадуешь?

— Андрюша блаженный в город вернулся.

— И что же?

— Видели его у гимназии. Говорят, — подчинённый осторожно глянул на начальника, — во дворе с какой-то невидимой святой обнимался, кланялся да благодарил. То ли с Марией Магдалиной, то ли с самой Богородицей…

Филипп Афанасьевич выпрямился в кресле и аккуратно сложил ладони друг на друга:

— Гимназию пока оставить в покое. Вообще туда не лезьте, старец Макарий не велел.

— А как же…

— Вот вернётся отец Сергий из пустыни, он нам всем и объяснит, «как же». А пока никаких агрессивных действий.

— Да какие же агрессивные действия! Мы ж даже аппаратное фиксирование сняли, один визуальный наблюдатель и ходит.

— Вот он пусть и ходит, в книжечку записывает. Теперь вот что. Тот связной британцам «липу» передал?..

ГРУЗОВЫЕ ПЕРЕВОЗКИ

Я вытащила и расправила леталку, отвердила хвост, на котором обычно сидела Маруся:

— Так, давай книги складывай и привязывай. Вон, хоть толстой пряжей. А мешок мне в руки. И шкатулку…

Если бы не капитальная тень, наше копошение вызвало бы всеобщий ажиотаж. А так спальня готовилась ко сну, не ведая, что происходит прямо в её середине.

— Ты, пока я летаю, остальные вещи в простынь завяжи, иначе сто раз гонять придётся.

Летела я не напрямую, а немного петляя. Боялась, что кто-нибудь умный, приложив к карте линейку, сможет вычислить конечную точку моего маршрута. За несколько улиц до нужной точки я начала следить за балансом энергий максимально тщательно, чтоб никакая следящая труба меня не засекла, а к заветному балкону, можно сказать, прокрадывалась вовсе на цыпочках.

Свет в квартире зажигать не стала — достаточно было бьющей в окна луны, растолкала по ящикам комода Марусино богатство, книги в шкаф составила. Хотела было настроить цветы на автоматический полив и подпитку жизнью, но тут же шлёпнула себя в лоб — уж тогда проще карточку «Я здесь!» на балконе повесить. Потом с цветами разберёмся. В конце концов, когда этот кипеш пронесёт, таких цветов можно будет хоть поле вырастить.

Назад летела на пустом мешке, как на ковре-самолёте, опять со всеми предосторожностями.

Второй рейс, с Марусиным кулём из простыни, прошёл не без казусов. Сперва мы его еле в окно вытолкнули — рыхлый он получился, бесформенный. А потом я его чуть над городом не развалила. Вот был бы конфуз, да уж.

В третью очередь я отвезла свои рисовальные богатства.

Закончили мы эти экстренные грузоперевозки к двум часам ночи. У меня в комоде остались только казённые мелочи (типа расчёски и ниток), пряжа и коробка с бусинками. На этот счёт у меня родился отдельный план, для реализации которого мне требовалось выйти в город днём.

РАЗ УЖ ВРЕМЕНИ МАЛО…

Опасаясь, что страшности и ужасности свалятся на меня прямо скоро, не откладывая в долгий ящик, в понедельник с утра я полетела в город. Никакие танцы с санчастью заводить не стала, сказала Марусе:

— Раз уж ты начала с мороком тренироваться — вот и продолжай, удобный случай.

В итоге она осталась в учебной комнате отделения, а я прямо из окна этой комнаты и отправилась. Раму мы прикрыли, не защёлкивая на шпингалеты, чтобы я потом могла просто толкнуть и проникнуть внутрь.