Книга КОМ-11 (Казачий Особый Механизированный, часть 11), страница 24 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— «Книга пяти колец» Миямото Мусаси считается выдающимся трудом по стратегии и тактике у меня на родине. И это может вам помочь также в более полном понимании моих соплеменников. — Она немного помолчала и добавила. — Я могу попросить свою мать предоставить вам её и переведу для вас.

— А ты можешь как-то общаться с матерью? — где мы и где Японские острова, мне и вправду было интересно.

— Мы обе бьякко. Мы можем общаться через милость Аматерасу.

— Ага. — Всё понятно, что ничего не понятно. Но, кажется, будет полезно. — Ну тогда пообщайтесь.

СЕМЕЙНАЯ ПОДДЕРЖКА

Дамы принялись живо обсуждать, чем бы ещё полезным могли меня нагрузить, и их энтузиазм, честно говоря, несколько начал меня тревожить. Чувствую, с таким подходом завалит меня курганом полезного чтива, до скончания веков читать буду.

— Так! Книжки разные умные — это прекрасно, но мне тут нужно небольшую поездочку организовать… — попытался я остановить их от греха подальше.

— Это куда ещё? — с подозрением поинтересовалась Серафима. — Только приехал — и уже куда-то собрался! Я с тобой.

— Да я, в общем-то, не против. Можно даже детей взять. Мне в Железногорск надо, да и ещё кое-куда там рядышком. Обещался там медведя показать некоторым…

— Тем более, я с тобой! И Дарью захватим.

— Опять же — ва-аще не против!

— Вот и молодец! — Симушка прищёлкнула пальцами, и в дверь сразу как будто только этого и ждала, заглянула Фрося:

— Чего изволите?

— Фросенька, кофею и блинчиков с мёдом Илье Алексеичу, — кивнула Сима.

— Одну минуточку! — Фрося пулей исчезла — мне показалось, аж ветер занавески всколыхнул.

Супружница же ехидно мне улыбнулась:

— А вы бы, Илья Алексеич, хоть морду лица прохладной водичкой сполоснули, что ли? А то помятость у вас наблюдается повышенная.

— Разрешите метнуться исполнять? — вытянулся я.

Жена рассмеялась:

— Соизволяю разрешить. Да давай завтракай уже, соня!

Вскоре я понял, что хандре моей потворствовать никто не собирается, и стоило мне только впасть в малейшую задумчивость, как Серафима — или батя, или матушка, или Айко, или даже Хотару — появлялись рядом и развивали бурную деятельность. В случае с Хотару ситуация мгновенно становилась на грань взрывоопасной, и тут уж вовсе было не до хандры — все душевные силы разом сосредотачивались на том, чтобы лисичка от усердия не выкинула чего-нибудь эдакого. За три часа столь плотной обработки мне до смерти надоело хандрить.

Хорошие у меня близкие, что говорить. Из разряда «помереть спокойно не дадут».

Короче говоря, день прошёл весьма успешно. Я даже до порта смотаться успел, к зятьку. Узнал расписание «Пули». Ну а что? Ежели можно максимально быстро, так чего не воспользоваться? Это ж насколько существенная разница — один час лететь или четыре. Учитывая, что отправлялись мы в Железногорск всем табором, с малышнёй…

И ДРУЖЕСКАЯ…

А вечером нас осчастливили визитом Иван, Пётр и Серго с супругами.

— Вот это реприманд! — удивился я. — Господа, я страшно рад вас видеть, однако ж — почему так скоро?

На этот удивлённый возглас Сокол только поморщился и сказал:

— Да вообще! Сидели, ждали ответа англов, а его всё нет да нет. Ну и сильновысокое начальство, — он ткнул пальцем вверх, — соизволило распорядиться, мол, боевые действия закончены, а не соблаговолите ли вы все, дорогие князья, отбыть до дому и не путаться у регулярных войск в ногах?