Книга КОМ-9 (Казачий Особый Механизированный, часть 9), страница 59 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Да вот господа Федорин, Новомосковцев, Петропавленко и Пчелидзе, — Петя бойко сыпал фамилиями, должно быть из донесений, потому что обе дамочки слегка кивали, — весьма рекомендовали вас. Говорят, всё надёжно.

— Безусловно, — Тамара Никитична качнула высокой причёской и ещё раз с чувством произнесла: — Безусловно! Основатель нашей компании, господин Выдрин, он, изволите знать, близкий друг господина Коршунова ещё с самых гимназических лет.

— Да вы что? — искренне удивился я.

— Да-да! Вы по коридору шли, обратили внимание на фотографию выпускного гимназического класса? Вот вы назад пойдёте, присмотритесь внимание. Там Илья Алексеевич во втором ряду, к правому краю ближе, а господин Выдрин — справа от него. М-гм. Они и тогда уже крепкими товарищами были, и по сию пору продолжают дружбу. Вот, на фотографии губернаторского бала, — мадам чуть откинулась назад, полуобернулась и начала водить по снимку указочкой: — Вот это господин Коршунов, — это был действительно я, — а вот рядом господин Выдрин. Вы видите, как они дружески общаются?

— Видым, — согласился Серго и посмотрел на меня.

Я слегка пожал плечами. Кто такой этот Выдрин (и вообще, Выдрин ли это?) я знать не знал. На фотографии какой-то господин во фраке что-то втолковывал мне, улыбаясь во весь рот. Может, просто поздороваться подошёл? Ко мне зимой столько народу подваливало, едва кивать успевал, как китайский болванчик.

— Я вижу, что вы ещё сомневаетесь, — тоном заправского продавца вразнос продолжила мадам. — Однако, я могу вас уверить, что всё очень серьёзно. У нас всегда есть полное расписание господина Коршунова на ближайшие дни с указанием всех мест, где ему предстоит побывать и примерного времени там пребывания, вот, можете взглянуть — на этом листе на текущую неделю, а на этом — на следующую.

И тут она предъявила бумаги, от которых у меня глаза на лоб полезли — настоящее полное моё расписание! С датами и временем! И хотя во многих пунктах было написано примерное моё прибытие-отбытие из определённых мест, но я-то видел, что расписание моё изучено вдоль и поперёк! Наверняка ведь соглядатаи поставлены. А, может, и подкуплен кто из окружения или просто по дурости языком треплет. У Петечки аж челюсть отвалилась и всё дурашливое веселье пропало, но мадам истолковала это его преображение по-своему, горделиво заявив:

— Вот! А вы не верили.

— Позвольте-позвольте, — потянулся Петя, вытягивая из кармана своё пенсне.

Тамара Никитична тонко улыбнулась:

— Прошу меня простить, господа, но это — наш служебный документ, и в подробностях изучить его может только клиент нашей службы, заполнивший анкету и передавший в кассу денежное пожертвование.

Эк они хитро оплату именуют!

— А что за анкета? — напряжённо спросил Хаген.

— Самая обычная, простая анкета, чтобы господин Коршунов мог ознакомиться с вашими личными данными и обеспечить вам наилучшее благословение.

— Ничего сэбе! — воскликнул Серго.

— Да, у нас всё очень серьёзно, — деловито кивнула мадам.

— А как же говорят, что Свадебный Коршун просто так благословений не раздаёт? — въедливо спросил Петя.

— Вслух — нет, — подняла бровки Тамара Никитична. — Но он будет знать, что в определённое время и в определённом месте будете находиться вы. Вам достаточно просто мимо пройти или рядом оказаться, чтобы он вас приметил. Только не бросайтесь здороваться и представляться, это лишнее.