Книга КОМ-9 (Казачий Особый Механизированный, часть 9), страница 110 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

Помощник капитана убедился, что все пристегнулись, занял отведённое ему кресло (тоже быстро пристегнувшись) и нажал кнопку в подлокотнике:

— Все готовы! — что-то услышал в ответ и кивнул нам: — Приятного полёта, господа!

Дирижабль рванул вперёд.

— Однако! — просипел Серго, притянутый к креслу ремнём.

Картинка внизу стремительно начала удаляться.

— Как ощущения? — спросил помощник капитана.

— Я в последний раз переживал такие, когда в нас на полном ходу «Кайзер» врезался, — честно сказал Хаген. — Тряхнуло нас тогда изрядно.

— Если честно, насчёт кайзера не понял, — признался помощник капитана.

— Сверхтяжёлый германский шагоход, — пояснил я. — Уникальная модель. Вот, господин принц изволил нас высочайше протаранить.

— Я немного не справляйтся с управление, — слегка сконфузился Фридрих.

— Удивительно, — покрутил головой помощник.

Нагрузка выровнялась и перестала ощущаться как излишняя. Дирижабль вышел на необходимый ровный ход. Под потолком мигнула лампочка, и помощник капитана объявил, подкрепляя личным примером:

— Господа! Можно отстегнуть ремни безопасности. За некоторое время до прибытия понадобится пристегнуться на период посадки, о чём я сообщу вам заранее. Напоминаю: кнопка вызова стюарда в правом подлокотнике каждого кресла. В любой момент вам будут предоставлены чай, кофе, прохладительные напитки и винная карта, а также любые закуски из меню.

Это он, верно, по привычке уже, чтобы автоматизм не терять. Третий раз уж объявляет.

От обедов мы отказались, решив не перебивать аппетит, пить тоже особо не стали — иначе на кого похожи будем перед Хагеновской роднёй? Ну так, махнули по маленькой за успех дуэли, да на этом и всё. Летели весело. На удивление, больше обсуждали не дуэль, а наш с Серго забег, а кроме того — возможные перспективы обратного превращения.

— Только я не пойму, зачем вам это? — с видом исследователя спросил Витгенштейн.

Мы с Багратионом переглянулись.

— Да куда ж такая громадина? — искренне воздел руки горе́я. — Нет, понятно, что я при моих новых кондициях, пожалуй, даже со средним шагоходом рискну один на один выйти. И когтищи — ты видел? — метровые, кабы не больше. Толстенные, не враз обломишь! А только как представлю бой в узких пространствах…

— Фу ты, пень горелый! — Серго аж передёрнулся. — Только я про длинного квадратного волка забыл, а ты снова!

— Ну и вот. И медведь такой же получится. Длинный и квадратный, как тот коридор. Если, конечно, не разворотит его своей тушей. Я не разворочу, в смысле. А когтями как?

— А почему вы сразу сосредоточились на полном образе? — удивился Петя. — Ну ладно, ты…

— Это почему это «ладно, я»? — я даже слегка обиделся. — Это что за ущемление по медвежьему признаку?

— Да не по медвежьему! — махнул рукой Петя. — А по тренированности навыка. Если ты вспомнишь, Серго до свадьбы постоянно приходилось свой звериный облик под жёстким контролем держать, ни в коем случае не допуская полной трансформации.

— Ах ты ж, ядрёна колупайка! — я едва себя в лоб не треснул. — Частичная! Конечно!

— Да и когти ты в Индии, вспомни, как регулировал! — добил меня Петя. — Надо — короткие, надо — длинные. А тут вдруг запереживал!

— Это всё от стресса, — заявил Серго. — Долго нам лететь ещё? Может, по антистрессу?