Книга Живое сердце, страница 30 – Марина Ясинская, Татьяна Петровска (Титова)

Так это что же получается – нужно отдать Маркусу Ванильку? Наверное, да, если она сначала была его мечтой. Тем более темноходу сейчас так нужна поддержка!

Вроде бы правильный вывод, но…

Но Вике так не хотелось этого делать!

И одновременно девочке было очень стыдно за это своё нежелание. На кону судьба целого мира – как можно ставить собственные эгоистичные желания выше? Мало ли, что ей, Вике, хочется и чего не хочется! Воссоединение Восьмирья важнее!

С другой стороны, мечты ведь сами выбирают себе хозяев. Их нельзя насильно передать другому, это они решают, с кем им оставаться. И раз так, значит, Ванилька сама ушла когда-то от Маркуса – и сама выбрала себе новую хозяйку…

Вика не вполне понимала, логичны ли её рассуждения, или она просто хватается за удобные оправдания, чтобы не отдавать Ванильку, но в любом случае девочка немного успокоилась.

А как только это случилось, её сразу посетила светлая мысль: что, если Ванилька вовсе не бывшая мечта Маркуса и Вика только что всё это сама себе надумала – а потом сама поверила и разволновалась? Мало ли в Восьмирье беспризорных мечт? И похожие среди них наверняка тоже встречаются.

Погружённая в свои переживания, Вика не заметила, как процессия подошла к той самой камере, за дверьми которой рыцари отбирали радость у слуг. И тут-то на девочку накатила настоящая паника. Она была уверена, что ничем хорошим для Маркуса это испытание не обернётся, что оно окончательно его сломает.

«Может, предложить пройти испытание вместо него? – в отчаянии подумала Вика. – У меня-то запаса радости будет наверняка побольше – и из родного мира, и из Восьмирья тоже… И папа рядом…»

В то же время девочка понимала, что рыцари Тумарья ни за что не согласятся на замену.

Встревоженная состоянием хозяйки, Ванилька вспорхнула с плеча Маркуса и подлетела к Вике. Папа тоже заметил волнение дочки, взял её за руку и вопросительно посмотрел.

— Маркусу нельзя проходить это испытание, – выдохнула Вика.

Как и прежде, папа не стал дожидаться дальнейших пояснений – он сразу поверил Вике на слово и перешёл к делу, отложив расспросы на потом.

— Прошу прощения! – громко сказал он, выступая вперёд.

— Ну что ещё? – раздражённо воскликнул шахматный рыцарь.

Вика понимала, что на самом деле никакого вопроса у папы нет, он просто пытается протянуть время. Понимала она и то, что надуманной задержкой он выиграет в лучшем случае лишь несколько минут, и потому, зажмурившись от внутреннего усилия, буквально всеми фибрами души взмолилась: «Лукас! Пожалуйста! Быстрее!»

И – о чудо! – её мольбы были услышаны: кто-то тихонько постучал её по плечу, а когда Вика повернулась, то увидела, что позади стоит Лукас.

— Ты всё? – обрадовалась она, но облегчение почти сразу сменилось тревогой. То, что приятель вернулся, ещё не означает, что у него всё получилось. – А осколки?

— У меня, – ответил Лукас, окинул взглядом мрачное помещение и спросил: – А это что?

— Следующее испытание, – ответила Вика. – И очень неприятное. К счастью, ты вернулся вовремя, и Маркусу больше не нужно его проходить.

— Да я бы и раньше появился, просто в холле никого не было, вот и пришлось вас искать, – сказал Лукас, подозрительно покосился на стул в центре тёмного зала и предложил: – Давайте-ка убираться отсюда, да поскорее.