Книга Лабиринт и чудесказки, страница 54 – Марина Ясинская, Татьяна Петровска (Титова)

— Простите, – выдохнула Вика, чувствуя себя ужасно виноватой. – Я не хотела! Давайте я помогу убрать! – предложила она, не зная, что ещё может сделать. Были бы у неё деньги, она бы заплатила, а так…

— Да не надо! – отмахнулась хозяйка и тяжело вздохнула. – Я же просила быть осторожнее!

— Простите, – ещё раз извинилась Вика.

Она переминалась с ноги на ногу, не зная, как быть. Ей хотелось скорее вернуться в Лабиринт и догонять маму, но торопить хозяйку, чью любимую вазу она разбила, было ужасно неловко.

А женщина молча сметала осколки веником и то и дело останавливалась, чтобы перевести дух.

Изнывающая от нетерпения Вика не выдержала.

— Может, я могу что-то дать вам взамен? – предложила она, хотя прекрасно знала, что дать ей нечего.

Хозяйка пристально уставилась на чудесказку в руках Вики, и девочка снова с трудом подавила порыв спрятать прозрачную сферу за спину.

— Да не надо ничего, – наконец ворчливо отозвалась хозяйка. – Пойдём, покажу тебе вход в Лабиринт.

Женщина привела Вику к огромному, просто исполинскому дереву, в стволе которого, будь он полым, вполне поместился бы небольшой домик. Между гигантскими корнями, похожими на щупальца древесного осьминога – если бы такие существовали, – тут и там зияли провалы, заполненные темнотой. В одном мерцали жёлтые огоньки, похожие на глаза хищника, из другого тянуло неприятной сыростью, из третьего доносились какие-то стоны… А дальше девочка смотреть не стала.

— Это и есть вход в Лабиринт? – Вика вздрогнула всем телом.

— Он самый.

— А который из них мне нужен? – нерешительно спросила девочка, приглядываясь к провалам между корнями и решая, какой из них её меньше пугает.

— Вон тот, – показала женщина на проход посередине.

Тропинку к нему устилал мертвенно-бледный мох, изнутри сочилась какая-то грязь, и Вика понимала, что заходить туда ей решительно не хочется!

Ванилька, похоже, разделяла её настрой; мечта подбежала к крайнему правому проходу и призывно чирлыкнула.

— Мне точно сюда? – спросила Вика у женщины.

— Ну конечно! – возмутилась та. – В конце концов, я здесь живу, я лучше знаю!

— Просто… – нерешительно начала Вика, оглядываясь на Ванильку, но женщина её перебила.

— Нет, вы подумайте! – всплеснула она руками, неизвестно к кому обращаясь. – Приходят тут, пьют воду, разбивают любимую вазу, а потом ещё и не верят, когда им от чистого сердца подсказывают, куда идти надо!

Чувство вины, и без того тлевшее внутри, вспыхнуло ярким пламенем.

— Да, конечно, вы правы, вам лучше знать, – согласилась Вика. – Пойдём, Ванилька, – позвала она мечту, поудобнее перехватила чудесказку и, подавив внутреннюю дрожь отвращения, пошла в указанный ей проём между корнями.

* * *

И снова каменный тоннель без ответвлений и развилок. Вика шла, шла, и беспокойство усиливалось. Далеко ещё до выхода? Нагонит ли она маму? И наконец, где же те ужасные опасности, которыми её все стращали? Пока она не увидела ничего такого уж опасного. Хотя, если Лабиринт тянется на десятки и десятки километров, её подстерегает вполне реальная опасность умереть от голода, усталости и жажды.

Через некоторое время снова запахло помойкой и гнилью, и Вика приготовилась окунуться в очередные клочья обитавшего в Лабиринте Тумарья.

Как и в прошлый раз, чёрный туман окружил, но не нападал. А потом так же внезапно, как и до этого, рассеялся, и Вика громко ахнула, увидев открывшуюся перед ней картину. Это была пустыня! Самая настоящая, песчаная, жаркая, простиравшаяся насколько хватало глаз. Бескрайнее море с волнами барханов – и ни единого признака жизни, даже одинокого кактуса – и того не сыскать.