Книга 32 августа, страница 10 – Марина Ясинская, Татьяна Петровска (Титова)

На последнюю фразу Вика не обратила внимания: она смотрела на обитателей приюта. Нет, пушистые светящиеся зверьки выглядели очень даже реальными. Да и на ощупь они были вполне настоящими. Вика потянулась и погладила ближайшую к ней мечту с мерцающей изумрудной шёрсткой.

— А ты не просто не местная, ты даже не из Восьмирья, а мечты всё равно видишь, – закончил майстер Нилс.

— А почему вы называете их мечтами? Они же животные, у них должно быть какое-то специальное название.

— Нет-нет, ты не поняла! Это не животные, это и впрямь самые что ни на есть настоящие мечты. – Майстер Нилс увидел недоумение на лице Вики и предложил: – Ну хорошо, расскажи, кем ты мечтала стать, когда была маленькой?

— Балериной, – ответила Вика. – Или певицей.

— И как, ты по-прежнему этого хочешь? Учишься петь или танцевать?

— Нет, – покачала головой Вика. – Как оказалось, у меня не очень хороший слух; я пару лет пела в школьном хоре, но потом перестала. А балет…

Вика нахмурилась, вспомнив своё первое и последнее занятие в балетной школе.

Ей было шесть лет, и она успешно прошла отбор в недавно открывшуюся в городе студию. Мама очень этим гордилась, ведь не каждый день в маленьком городке, вроде их Кристаллинска, знаменитая прима-балерина набирает учениц.

Прима оказалась высокой сухой женщиной в годах, с волосами, забранными в тугой пучок, с узким лицом, впалыми щеками, бледными губами и ярко подведёнными чёрными глазами. Вся она была какой-то острой – острые пальцы, острые скулы, острый взгляд и острый голос. И очень острые шлепки, которыми она щедро награждала своих учениц.

— Подбери живот! Выпрями колено! Ногу выше!

Совсем не привыкшая к такому обращению, Вика едва дотерпела до конца занятия; те сорок минут показались ей вечностью. Выйдя в коридор, где ждала её мама, маленькая Вика твёрдо заявила:

— Я больше не хочу заниматься балетом!

Мама внимательно на неё посмотрела и ничего не сказала. Не спросила, почему Вика так решила, не уговаривала остаться. На этом всё и закончилось.

— А балет мне не понравился, – отогнав прочь воспоминания, сказала Вика.

— Такие мечты, как у тебя, – быстрые и скоротечные – исчезают без следа, – пояснил майстер Нилс. – Но бывают и другие мечты. Ради них люди работают годами и готовы отдать все свои силы. Например, спортсмены, которые мечтают стать олимпийскими чемпионами и тренируются ради этого с самого детства. Именно эти мечты принимают вот такую вот форму. – Майстер Нилс кивнул в сторону пушистых зверьков.

— Но вы говорили, что у вас приют для бездомных, – медленно произнесла Вика. – Получается, все эти мечты заблудились и потеряли своих хозяев?

— Нет, – печально покачал головой майстер Нилс. – Это заброшенные мечты. Мечты, от которых люди отказались.

— И вы их подбираете?

— Да. Жалко их. Бродят как неприкаянные, не понимают, за что с ними так…

К Вике подошла вчерашняя золотистая мечта и потёрлась о ноги.

— И что же вы с ними делаете?

— Забочусь. И по мере возможности пристраиваю в хорошие руки. Порой ко мне даже специально приходят, чтобы выбрать себе мечту. А иногда случается и наоборот: мечта сама находит себе нового хозяина. – Майстер Нилс улыбнулся. – Кстати, если ты ещё не поняла, эта мечта выбрала тебя. И теперь она твоя.

— Моя? – растерялась Вика, переводя взгляд на пушистую зверюшку. – И что мне с ней делать?