Книга Закон тирана, страница 89 – Дэниел Абрахам

Дарр Синлама! Тот самый дартин-путешественник, искатель приключений, который некогда подарил ей драконий зуб.

Китрин постучала пальцем по странице.

— Что-нибудь прояснилось? – спросила магистра Исадау.

— Это не разведывательные отряды для военных дел, – ответила Китрин. – Они что-то ищут.

В доме кто-то кричал. Клара, не успев толком проснуться, вскочила с постели и в тревоге обернула вокруг себя тонкое летнее одеяло. Крик не смолкал, лишь едва прерывался на вздох. То ли женщина, то ли ребенок. Первая мысль – опять кто-то из горничных наткнулся на охотничьих псов Доусона. Впрочем, этого быть не могло: Доусон погиб, а собак отправили в Остерлингские Урочища или выпустили на улицу. Где-то рядом стукнула дверь – то ли открылась, то ли закрылась. По коридору простучали шаги. Клара, отбросив одеяло, схватила с прикроватного столика оловянный подсвечник и, сжав в кулаке, занесла как дубинку. Стряхнув с себя остатки сна, она приготовилась встретить опасность, откуда бы та ни исходила.

Из-за двери донесся мужской голос. Винсен Коу.

— Миледи!

— Винсен, что случилось?

— Оставайтесь на месте. Заприте дверь. Я за вами вернусь.

— Кто там кричит? Что происходит?

Егерь не ответил. Звук его шагов донесся из дальней части коридора, затем с ведущей вниз грубой лестницы и потерялся за визгом. Клара замерла в темноте, не зная, что делать. Сквозь окно пробивался слабый лунный свет, вместе с застоялым дневным теплом в комнате царила гробовая духота. Клара отставила подсвечник и шагнула к двери. Шершавая доска, служившая засовом, лежала в скобах, но Клара вдобавок положила на нее руки, словно так защита будет надежнее. Визг на мгновение стих, послышались мужские окрики. Каждый звук заставлял Клару вздрогнуть, каждый миг тишины – замереть в напряжении. Этажом ниже прогромыхали по полу шаги, и мужской голос выкрикнул что-то вроде победного клича без слов. Мужской голос, которого она не знала.

Клара сама удивилась нахлынувшей ярости. Самым здравым, оправданным и ожидаемым от нее действием было бы сидеть на месте, сжавшись в духоте и полумраке и надеясь на то, что беда пройдет мимо. В прежней жизни она, скорее всего, так и поступила бы. Теперь же, подняв обеими руками засов, она бросила его на пол и схватила подсвечник, обещая себе, что впредь – если доживет до утра – будет держать в спальне какое-нибудь оружие. Дубинку, например.

Вновь раздались женские крики, на этот раз членораздельные – проклятия и угрозы. Клара, вздернув подбородок, направилась к передней комнате гостиницы. Судя по звяканью металла о металл, поединок на мечах был в самом разгаре, однако она и не подумала останавливаться. Спускаясь по лестнице, вновь услышала женский визг – в кухне кричала Абата Коу, хозяйка постоялого двора и родственница Винсена. Клара бросилась туда.

При красноватом свете открытой печи виднелись фигуры двух парней из первокровных – тощих, с жидкими бороденками, едва прикрывающими голую шею. Они держали кричащую Абату, не давая ей подняться с колен. Широкоплечий куртадам постарше, чья шкура в печном свете отливала красным, кидал в полотняный мешок мясные окорока. Четвертый, тоже из первокровных, коленями прижимал к полу лежащего вниз лицом Винсена. Меч Винсена он держал в руке.