Онлайн книга «Некромант»
|
Библиарий в тот день эльф покидал воодушевлённым. Впервые с тех пор, как на него обрушилось видение, случилось хоть что-то хорошее, что могло помочь в борьбе за жизни невинных. На душе стало легче — впервые за долгие недели. Используя транс вместо сна, он получит гораздо больше попыток, да и умирать в нём, кажется, немного легче. По крайней мере, боль не такая острая, а страх не такой липкий. С тех пор он больше не спал по ночам — только погружался в медитацию. Так ему удавалось умереть трижды за ночь. Целых две дополнительных попытки. Физические нагрузки на тело увеличились, приток опыта и умений вырос многократно. Теперь он мог анализировать свои ошибки, не дожидаясь следующего сна, и сразу же отрабатывать новые приёмы. Но решить проблему это пока не помогало. Где-то глубоко в душе теплилась надежда, что он на верном пути, но каждый новый провал заставлял сомневаться. * * * Неделю спустя Таэль’авир находился на учебном полигоне. В этот день поражение почему-то особенно задело его — он был разгневан на себя за постоянные провалы. Кулаки сами собой сжимались, на лбу вздулись вены. Он вышел на собственноручно созданную поляну, расположение фигур на которой полностью повторяло последние мгновения битвы. Воин снова встал на ту позицию, которую занимал бессчётное количество раз. В шестнадцати шагах от него находился манекен Шиандаля — если приглядеться, можно было угадать черты лица юноши. Ещё через три шага — такой же небольшой манекен, обозначающий Торнуиль. А пятью шагами дальше возвышался огромный манекен, на безликой голове которого воображение эльфа с лёгкостью рисовало отвратительную ухмылку клыкастой пасти. Сын верховного друида нуждался в более сильных эмоциях. Он сосредоточился именно на образе скелета-орка. Представил, как тот стоит, опираясь на огромный двусторонний топор, и скалит отвратительную морду в предвкушении убийства. Вспомнил каждую мелочь его прогнившей и истлевшей брони, каждую выступающую кость и проглядывающую мышцу. Он поймал этот образ, представил, как сильно желает уничтожить эту тварь. Даже попытался частично погрузиться в медитацию, усиливая эффект. Вспомнил, как много раз враг убивал неповинных детей, как бурлит в груди желание отомстить. Желание, граничащее с безумием. Что произошло дальше, было совершенно неясно. Вот Таэль представил, как бесконечно сильно, всей душой хочет оказаться за спиной противника и вонзить в его тело оба клинка. А вот он уже там — ошарашенно вертит головой по сторонам. Воздух будто загустел, тяжелым прессом сдавил грудь, не давая дышать. Каждую мышцу выворачивало, костей в теле, казалось, нет вовсе. Голова кружилась. Его стошнило, а затем он безвольно рухнул прямо на землю, теряя сознание. * * * Харнесесс, как и положено верховному, сидел, удобно устроившись на троне. Дел было много, времени — катастрофически мало. По просьбе друга он уже договорился с союзниками о помощи сыну, когда тот за ней обратится. Все без вопросов заверили его в преданности данным обещаниям и древним договорённостям. Лишь Эл’аваррайя, владычица гордых, высокомерных и эгоистичных светлых (или, как они сами себя называют, высших) эльфов, по обыкновению, ответила ни к чему не обязывающим обещанием обдумать всё, когда придёт время. |