Книга Небесный всадник. Том 5, страница 84 – Кирико Кири

Пять минут махания мечом и уклонений, ударов и парирований, этих движений, где ты пытаешься зарубить своего оппонента.

И вот он будто начинает успокаиваться, и мы опять расходимся: он к своей ненаглядной мёртвой дочери, а я к выходу. Я тяжело дышу, он чувствует себя на вид вполне себе неплохо. Возможно, эта тварь даже не устаёт в отличие от меня, потому что выглядит настолько же живой, насколько обычный робот.

— Мы просто хотим покинуть этот дворец… — просипел я. — Дайте нам уйти, и всё.

— Моя дочь всегда хотела помогать людям… — прохрипел он. — И я выполню её волю.

— Даже если людям эта помощь не нужна?

— Они просто этого ещё не поняли…

Так и запишем — отец шиз, который возвёл добрые порывы дочери помогать людям в какое-то безумие с гиперопекой. Ну а раз он шиз…

— Значит, так вы поступили со своим народом? — усмехнулся я. — С теми, кто жил в городе, да? Удушили своей заботой? Отдали на растерзание собственной любвеобильной дочери?

— НЕ СМЕЙ ТАК ГОВОРИТЬ О НЕЙ!!! — взревел папаша.

— Знаешь, что смешно? Я лучше сдохну, чем останусь в этом дворце, — я раскинул руки в стороны опустив меч. — Давай, убей меня, всё лучше, чем быть во власти шлюховатой суки, которая творит что хочет, упиваясь своей могущественностью.

— ОНА НЕ ШЛЮХА!!! — он так взревел, что завибрировали стёкла в храме, и тут же ринулся в атаку.

Я не двигался, раскинув руки в стороны и наблюдая за ним. Защитник своей дочери пересёк зал, подпрыгнул и взмыл в воздух, занеся меч для колющего удара. Он был словно какой-то боец из аниме, который собирался красивым финтом закончить бой. Вот он на миг завис, после чего стремительно начал падать на меня. Его меч начал движение вперёд…

И я сорвался в сторону.

По левой руке в районе плеча будто коснулись чем-то ледяным. В то же мгновение уже мой меч воткнулся ему куда-то под рёбра. По итогу, каким бы он не был умелым бойцом, никакие финты не помогут, если ты банально быстрее реагируешь. И достаточно было подловить его прямо на середине атаки, чтобы тот уже не успел ни увернуться, и парировать удар.

Мы разошлись в разные стороны.

Я почувствовал, как по руке течёт что-то горячее и бросил взгляд на мою левую конечность. С неё струилась кровь, стекала по пальцам и заливая чистейший белый мрамор склепа, оставляя за собой сначала красные кляксы, а потом и лужу.

Мой враг напротив стоял, не показывая виду, что ему больно или как-то некомфортно, однако из тела на пол с тихим шипением сыпался песок вместо крови, будто внутри него за всё это время остался лишь прах.

— Неприятно умирать, да? — оскалился я, прищурившись.

— Вы всегда были мерзкими тварями, — прошипел он. — Эта рана ничего не меняет.

— Тогда иди сюда и докажи это, — кивнул я, стоя ровно. — Докажи, что способен защитить дочь, а не ради красоты здесь стоишь.

Он бросился в атаку. Я стоял, не шелохнувшись, пока тот не начал заносить меч, после чего ринулся в сторону. Одновременно с этим попытался достать его мечом, но не получилось, однако из-под удара я таки ушёл.

Сражаться я с ним не мог, однако мог действовать по принципу ударил и ушёл. Раз за разом пользоваться не своими на уровне плинтуса навыками фехтования, сражаясь в лоб, а сильными сторонами: скоростью и реакцией, пытаясь его тыкнуть и тут же отойти. Как говорится, летай, как бабочка, жаль… что ты гнида.