Книга Ледяное сердце эриды, страница 42 – Цитианка

Суматоха поднимается сразу. Стражник, стоявший на посту, бросается к служанке. Охранник хватает меня за локоть так, что чуть не выворачивает руку, Рогнар рычит сквозь зубы, а Теоден оказывается рядом в одно мгновение.

— Уйди отсюда, — бросает он служанке резко, сжимая её плечо, — ещё раз тронешь пленную, то будешь сама на цепи, поняла? Стража, уберите её с дороги. Кто позволил ей сюда выйти? Кто за этим двором следит?

Один из стражников начинает оправдываться, другой хватает девушку и пытается увести её.

— Почему её не казнили? Зачем держите среди людей⁈ — выкрикивает она, вырываясь из рук стражника. Голос её срывается на крик, по щекам текут слезы, но она не отступает. — Вы все будите прокляты!

Так хочется закатить глаза. Прокляты, конечно, все будут прокляты. Вот уж действительно, что люди навыдумывали о нас за эти столетия… Слушаю её крик, и внутри поднимается что-то среднее между усталостью и досадой. Надо же жить в мире, где одной моей тени достаточно, чтобы кого-то трясло от страха и ненависти.

На её вопли сбегается другая прислуга: кто-то выглядывает из окон, кто-то выходит из-за угла, несколько человек столпились у стены, не решаются приблизиться.

Теоден подходит ко мне ближе, оценивает ссадину на лбу.

— Стоишь? Держишься? — спрашивает, и только сейчас я понимаю, что отвечать тут не обязательно. В его эмоциях нет ни страха за меня, ни жалости.

Не ожидая ответа, он оборачивается к Рогнару.

— Ты доволен? Это твоя инициатива, Мар! Думал, тут никого не будет на рассвете?

Рогнар щурится, видно, как ему всё происходящее противно, но он не спорит. Стража разгоняет набежавших на крики людей, кто-то оттаскивает служанку в сторону, кто-то пытается перекрыть ей рот, но она всё равно вырывается, бросает в мою сторону ещё что-то злое.

— Что здесь происходит?

Всё движение на дворе будто замирает. Охрана расступается, служанка мгновенно замолкает. Даже Рогнар выпрямляется, будто уже собирается оправдываться.

В проходе, подсвеченном холодным светом, стоит Каин. Его взгляд скользит по всем. Сначала по алхимику, на мгновение задерживается, и этого хватает, чтобы тот опустил голову. Затем — Теоден, короткий кивок, будто он отмечает его на своём поле. Потом стражники, служанка, все остальные. В конце взгляд останавливается на мне, скользит по цепи у шеи и задерживается на оковах.

— Все — вон, — бросает он ровно. — Стража, вернуться к постам. Слуги, по своим делам, чтоб ни одной лишней души во дворе не было пять минут. Рогнар и Теоден — останьтесь. Остальные ушли. Сейчас же.

Двор начинает пустеть почти мгновенно: охранники отводят глаза, стараются не встречаться с ним взглядом, служанку тащат к воротам, она уже не сопротивляется, только дрожит, сжимая руки в кулаки. Остаётся только тяжёлое дыхание рядом, цепь у меня на шее и двое мужчин по бокам и один впереди.

— Мар, — обращается принц к алхимику, — объясни мне, почему ты решил действовать без моего разрешения и вывел эриду во двор?

— Ваше высочество, —выдыхает Рогнар, будто заранее готовит оправдание. — Мне было необходимо подготовить её к эксперименту. Вы же сами говорили, что главное результат. Я действовал по ситуации, выбрал время, когда во дворе никого не должно было быть.

— Все твои эксперименты должны проходить в стенах охотничьего дома! Если тебе не хватает места для своих опытов, значит ты не подходишь для этой работы. Решишь ещё раз вывести её из дома, полетишь к чертям вместе со своими ядами!