Книга "Л" значит Лили. Часть I, страница 103 – otium

Что-о? Ах ты хамло мелкое! Сириус, конечно, рассказывал, что его брат жуткий сноб, но не до такой же степени! Да он почти как Фоули и его приятели!

— Свое — это какое? — тихо поинтересовалась Лили. — Место старосты этой школы? А, я поняла, наверное, ты о том, что не далее как вчера вечером я доварила зелье для твоего отца — по вашей же, между прочим, просьбе!

Он сморщил нос и презрительно оттопырил губу, явно собираясь что-то сказать, но в этот момент вагон сильно тряхнуло, и Регулус выронил журнал и схватился за поручень, разом растеряв всю свою надменность.

— Мы ни о чем тебя не просили, — кое-как выпрямившись, фыркнул он. — Нам бы помог Темный Лорд — великий волшебник, который победил саму Смерть! То, что ты успела раньше, просто досадная случайность, а не свидетельство твоей силы. Склонись перед ним, глупая грязнокровка, склонись и признай его власть, и он тебя не тронет! Наш Лорд справедлив и великодушен, он всем дает шанс, даже таким, как ты!

Да-а… Это уже не просто сноб, а целый готовый прозелит — ишь, как страстно проповедует! Неужели он всерьез рассчитывал впечатлить ее своими угрозами?

Послышался топот. Лили подняла голову — по проходу мчался какой-то первокурсник, и она благоразумно отступила с дороги, но Регулус, видимо, привык, что его все обходят стороной, и не успел увернуться.

— Как я люблю слепую веру и нерассуждающее сослагательное наклонение, — усмехнулась она, когда он предсказуемо сложился пополам, получив локтем в живот; следом за первым мальчишкой по вагону пронеслись еще двое. — Или ты имеешь в виду, что он просто не хотел вам помогать? Иначе как бы я, такая жалкая и ничтожная, смогла случайно опередить победителя самой Смерти?

Регулус выпучил глаза, хватая ртом воздух, и явно потерял дар речи — то ли от боли, то ли от такой немыслимой наглости. Его лицо залила краска, а надутые щеки грозили лопнуть… Чего доброго, еще слюной забрызгает. Лили машинально отступила в сторону и почувствовала под ногой что-то твердое. Скосила глаза… ах да, тот самый журнал по квиддичу.

Вот только на обложке красовался не очередной знаменитый ловец, а размалеванная блондинка в откровенном синем платье, причем вместе с каким-то мужчиной. Их лица показались Лили смутно знакомыми — где-то она уже видела эту женщину… и мужчину тоже, с его характерным взбитым коком и белым костюмом с блестками…

И в этот момент Регулуса прорвало. Он говорил очень громко, почти кричал, но поезд грохотал, набирая скорость, и Лили приходилось напрягать слух, чтобы что-то услышать.

Хотя лучше бы она этого не делала.

— Ты… ты просто наглая грязнокровка, тупая и бесцеремонная! Как ты смеешь в нем сомневаться? Он слишком поздно узнал о нашей беде, но все равно обещал помочь, и даже взял у меня подборку книг по темной скверне! Он отметил меня как равного, удостоил величайшей чести — тебе никогда не понять, что это значит для нас, настоящих волшебников!

Что? Так Блэки обратились за помощью к Тому-Кого-Нельзя-Называть? И отдали ему труды Квинтии Маккуойд, а Сириус решил, что они просто сбежали с полки! О Боже, бедный Сириус, он ведь до последнего надеялся, что родители запретят его братцу ввязываться в политические распри! А они не дождались результатов — поджали хвост и побежали к своему Лорду, не допуская даже мысли о том, что зелье удастся модифицировать. И теперь не знают, куда деваться от позора — ведь им, всесильным Блэкам, помогла какая-то жалкая грязнокровка!