Книга Попала! Ошибка истинного, страница 16 – Мария Минц

“Вот это да!” – восхитилась я, – “Уровень реализма выкручен на максимум!”

И, не колеблясь, протянула руку, крутанула ручку и дёрнула дверь на себя.

Она открылась легко, окатив меня потоком золотисто-белого света с другой стороны. Этот свет тут же загородила чья-то массивная тень, выжидательно колышущаяся на пороге.

При виде неё я вздрогнула и инстинктивно отступила назад.

“И чего ты тушуешься?” – недовольно проскрипел в моём разуме Тивадай, – “Впускай давай. Я без твоего приглашения не войду!”

“Ты что, вампир?” – хмыкнула я. Дух шутки не оценил.

“Я сейчас вообще уйду, и будешь тут одна тут колупаться!” – пригрозила крыса.

“Ладно, ладно…” – вздохнула я. Мысленно посторонилась и произнесла:

“Прошу, заходи”.

“Так бы сразу!” – сухо сказал Тивадай. Тень величаво вплыла в дверной проём, и дверь за её спиной захлопнулась, тут же растворившись в пустоте.

— Ну что же, – негромко, но жёстко сказал Тивадай, – теперь начинается самое сложное…

— Самое сложное… – пробормотала я, – Не очень-то воодушевляюще. Ладно. Что мне делать?

И тут же спохватилась, поняв, что спокойно говорю… не раскрывая рта. Но и не ощущая, при этом, что произношу все фразы мысленно! Это как так-то?

— Это побочный эффект подселения, – деловито пояснил Тивадай. Теперь я слышала его голос так отчётливо, словно он сидел напротив, – лишний раз показывает, что всё прошло так, как надо. Я – твой проводник, ты видишь то, что вижу я!

Я бросила быстрый взгляд на плюшевую крысу. Она лежала, растопырив лапки, как самая обыкновенная игрушка.

— С чего начнём? – сглотнув тугой комок волнения, спросила я.

— С тренировки, – деловито отозвался Тивадай, – закрой глаза, посчитай до пяти, и открывай. Пока считаешь, сиди, не шевелясь, и не произноси ни слова!

Я подчинилась, хоть и чувствовала себя странно. Села прямо-прямо, чинно сложила руки на коленях и крепко зажмурилась.

— Раз… – принялась считать, – два… три…

Внезапно рядом послышалось какое-то шебуршание. Виски без всякого предупреждения сдавило, как при очень сильной мигрени, глаза вспыхнули болью – но только на одно мгновение.

Я испуганно вздохнула, вдруг обнаружив, что эти несколько секунд сидела, не дыша.

— Четыре… – возобновила я счёт, напряжённо прислушиваясь к посторонним звукам, – пять!

— Открывай! – скомандовал Тивадай, и я тут же распахнула глаза.

— Ого, нифига себе! – тут же вырвалось у меня.

Угол моего обзора сместился. Потолок хижины резко взмыл вверх, а всё вокруг теперь казалось просто огромным! Я скосила глаза вбок, подняла их и увидела… саму себя, сидящую неподвижно с закрытыми глазами!

— Ой! – вырвалось у меня.

Я почувствовала себя ещё более странно. Шутка ли – глядеть на себя со стороны, но при этом по-прежнему ощущать себя в своём же теле! Хотя стоп… если я – рядом, то я, получается, переселилась в плюшевую крысу?!

Попыталась скосить глаза вниз и повертеть головой. Бесполезно, я увидела только клочок искусственной сизой шерсти и две мягкие тряпичные лапы.

Попробовала поднять одну, но потерпела неудачу. Лапа наотрез отказалась меня слушаться!

— Ты не так поняла принцип подселения, – недовольно сказал Тивадай, о котором я уже успела подзабыть, – смотреть ты сможешь, а вот действовать вместо меня – нет! Будешь в роли стороннего наблюдателя, поняла?