Книга Кольцо блаженной Августины, страница 89 – Марина Болдова

— На чье имя доверенность?

— Мария Васильевна Кваша тысяча девятьсот восьмидесятого года рождения.

Калашин непроизвольно вздрогнул – девичью фамилию бывшей жены не забыл. И отчество у нее – Васильевна. Но Наталья родилась в восемьдесят втором, это он помнил точно.

— Фоторобот есть?

— Да, – Лукин протянул ему лист с распечаткой.

— Это – моя бывшая жена Наталья Васильевна Кваша, недавно вернувшаяся из заключения. И у нее, насколько помню, была старшая сестра Мария. Недавно я встретил Наталью…

И тут он все понял!

— Разрешите, товарищ полковник, сделать пару звонков.

— Что спрашиваешь, звони!

Калашин быстро нашел в контактах номер Августины.

— Августина, Ульянова у тебя? Спроси, не заходила ли к ней риелтор с предложением продать квартиру? У тебя была?! – Он сразу вспомнил, как обнаружил бывшую жену у дверей квартиры Августины! – Не пустила… да… и к Лилии Модестовне тоже приходила. Я понял, спасибо. Сидите, не расходитесь. Скоро буду.

— Докладываю по порядку. – Калашин бросил взгляд на часы. – Еще в понедельник встретил у подъезда дома, где живет Августина Бенц, мою бывшую жену. Я уже садился в машину, она шла к дому. Сказала, что после освобождения убирает по квартирам, что, мол, еще остается бывшей заключенной. Второй раз застал ее у квартиры самой Августины сегодня, объяснение, что тут делает все то же – ищет работу поденщицы. Только одета как с модного подиума, и у подъезда ее ждала «Инфинити». Времени разбираться не было, да и что я мог ей предъявить? Уличить в обмане? Сейчас я почти уверен, что она входит в преступную группу черных риелторов. Осталось показать фоторобот Августине Бенц и ее одинокой пожилой соседке актрисе Ульяновой, к которой моя бывшая, как выяснилось, тоже заходила. Если опознают, можно брать и предъявлять покупателю квартиры деда. – Калашин кивнул на раскрытую папку, лежавшую перед Лукиным. – И еще. Подозреваю, что помогает ей, по крайней мере в нашем районе, участковый Куценко. Он без причины осматривал квартиру Бенц.

— Как это? И она впустила?!

— Да. Но позже написала заявление в полицию на грубое обращение Куценко с ней и ее малолетним сыном. Предполагаю, что Куценко работает наводчиком. Разрешите съездить к Ульяновой и Бенц?

— Да, давай. А я пока свяжусь с райотделом по поводу участкового.

Августина после звонка Калашина вдруг вспомнила о женщине, что звонила сегодня днем как раз перед возвращением Лилии Модестовны из больницы. Уже сам звонок на домашний номер был необычен, Августина добросовестно оплачивала телефон, но пользовалась им едва ли пару раз за месяц.

Она была почти уверена, что звонила та риелтор, что приходила к ней недавно, – номера мобильного Августины у той наверняка не было.

Тут же вспомнился и участковый, нагло вломившийся к ней в квартиру.

— Лилия Модестовна, похоже, мы с вами могли стать жертвами аферистов, – произнесла она с горькой иронией.

— Что ж, деточка, это – удел многих одиноких людей. Кто за нас вступится? Хотя иной спутник рядом сам угроза. Это я о своем замужестве. Задержись я в браке еще на полгода, осталась бы без ничего! Мой муж проиграл в карты все, даже заложил свою квартиру. А когда я собралась от него уехать, слезно умолял взять с собой. И я понимаю почему – в Томске не осталось ни одного человека, которому он не был бы должен.