Книга Мнимая власть безумия, страница 48 – Марина Болдова

Имя будущего отца Кира назвать не смогла – это было изнасилование в непроглядной темноте комнаты. И Кира едва соображала, что происходит. Сделав свое дело, парень скрылся.

— Почему ты не кричала, мы с Игорем были за стенкой! Он бы убил гада! – возмутилась Елена и тут же сообразила, что насильником мог быть только кто-то из друзей будущего мужа. Ну не одноклассник же! – Не расстраивайся, Кира, Игорь поговорит с обоими, кто-то из них признается, не сомневайся. И пусть негодяй женится! – горя справедливым гневом, высказалась она и направилась к выходу.

А в дверях столкнулась с мачехой Киры.

— Я все слышала, девочки. Не паникуем, не торопимся гнать волну. Лена, никаких разговоров со своим женихом ты вести не будешь! А ты, моя красавица, скоро тоже выходишь замуж. Николай Борисович Радов, ты его знаешь, уже говорил о тебе с твоим отцом. Этот прекрасный во всех отношениях мужчина давно влюблен в тебя. И очень хочет, чтобы со временем ты стала ему доброй женой. Уверена, твоя беременность его совсем не напугает! Думаю, учитывая щекотливость ситуации, он сделает тебе предложение тотчас! – торжественно произнесла Фаина Адамовна, предварительно плотно прикрыв дверь в комнату.

— Но он же старый! – слабо возразила Кира, а Елена посмотрела на нее с жалостью: она знала, что возражать мачехе, воспитывающей Киру с трехлетнего возраста, бесполезно. В семье Шемякиных этой властной женщине беспрекословно подчинялись все: муж – отец Киры, сама Кира и оба ее старших брата.

Две свадьбы сыграли одну за другой: пышное торжество, устроенное родителями Елены и скромные посиделки в кругу самых близких Киры. Однако свадебное путешествие Борских в подмосковный пансионат было коротким и скучным. Николай Радов повез Киру в Карловы Вары.

Кира родила дочь ярким солнечным майским днем. Спокойная, не крикливая, с огненно-рыжим пушком на голове и с чуть розоватой кожей пухлых щечек, Полина выглядела фарфоровой куколкой, зачем-то завернутой в пеленку. Не влюбиться в это создание было невозможно, беременной Елене она казалась ангелом. Она каждый день приходила к Радовым, чтобы посидеть возле кроватки малышки.

— Мне нужно смотреть только на красоту. Я тоже хочу красивого ребенка, – оправдывалась она.

И не могла понять подругу, которая при этом равнодушно пожимала плечами.

Елена родила дочь через три месяца, в августовскую полночь и чуть не отдала богу душу, такими трудными были роды. Когда она впервые увидела ребенка, не смогла сдержать возгласа разочарования – маленькое красное личико было уменьшенной копией лица Борского, который хотя и не был уродлив, но и красотой не отличался.

Юля так и росла папиной дочкой, внешне только немногим походя на саму Елену: бог смилостивился, заменив девочке крупный, с заметной горбинкой нос и узкие, в ниточку, губы Борского на аккуратный острый носик и припухлые, чувственные губы матери.

Если Полина выросла красоткой, Юля рядом с ней выглядела серой мышкой. Наверное, чтобы как-то компенсировать ребенку разочарование собственной внешностью, Юлию баловали все, кроме, пожалуй, деда. И все дружно понимали, что та растет эгоистичным, ленивым и неблагодарным ребенком, который добивается своего истериками.

Елена знала, что Юле всегда доставались парни, которыми пренебрегла Полина. Чтобы быть ближе к красавице, те какое-то время делали вид, что интересуются подругой. Получалось, что Полина всегда одна, а возле Юли стая поклонников. На самом деле и Елена, и Игорь понимали, что найти мужа для дочери станет проблемой. Поэтому, когда та с восторгом поведала, что влюбилась, отец мигом сообразил, что парня нужно брать. И сколько ни была против Елена, Борский совершил подлость – грубым шантажом заставил Казаринова жениться на Юлии.