Книга Мнимая власть безумия, страница 116 – Марина Болдова

— Давно не виделись, – пошутила Полина.

— Да уж. Кинули меня все, а я тут думай, что там у вас. Хоть бы позвонили разок! Может, мне уже Казаринову вещи собирать потихоньку, все равно уйдет! – со злостью выпалила Юля и опять же кивком указала Полине на стул, куда ей должно бы сесть.

Но Полина присела с торца стола ближе к двери. Поведение Юли настораживало, она вспомнила последний разговор с Соланж.

«Если будет буянить, сбегу. Закрою на кухне, пусть бесится. И позвоню ее мужу. Оно мне надо, разбираться с психопаткой?» – решила она.

— Чай или кофе? – буднично спросила Юля. – Тортик-то пробовать будем? Забавный. Никогда таких не видела на прилавках. Где брала?

— В магазине на углу. Давай чай, если есть – зеленый.

— Худеешь? Хотя куда тебе! Ты как законсервировалась. Роды фигуру, смотрю, не испортили, а я вот шире стала! Казаринову, знаю, не нравится мое тело. Даже не скрывает. Как думаешь, другая баба есть?

— Юль, мне-то откуда знать? Я виделась с твоим мужем три с половиной раза, да и то по делу. Ты думаешь, он со мной откровенничал?

— А что, нет? – Юля, замерев с заварочным чайником в руках, уставилась на Полину.

«Боже, она же пьяная!» – догадалась Полина, и тут ее взгляд упал на ополовиненную бутылку водки, неудачно спрятанную на подоконнике за полупрозрачной шторой.

— Ну да! Выпила немного. Пока тебя ждала! – с вызовом произнесла Юля, видимо, заметив, куда она смотрит. – Может, давай продолжим?

— Нет, спасибо. У меня и так голова кругом от последних событий, – миролюбиво отказалась Полина. – Давай лучше чайку с тортиком.

— Как хочешь.

Полина внимательно следила, как Юля молча наливает чай из заварочного чайника в чашки, ставит одну перед ней. Потом, задумавшись на секунды, выдвигает ящик стола, достает десертные вилки. Затем, вновь замерев на мгновение, берет две тарелки из стопки. Движения подруги показались ей неуверенными, словно та не знала, какое действие должно быть следующим.

— Сахар?

— Нет, спасибо. Ножик дай, торт разрезать.

— Я сама, – схватилась Юля за нож.

Наконец, она, устроившись напротив, принялась за торт. Немаленький кусок был съеден подругой в три приема, сама Полина успела лишь проглотить тот кусочек, что отломила вилкой.

Вроде бы мирно они выпили по чашке чая, потом – по второй, но Полине все равно было неспокойно. Она ждала, что Юля начнет расспрашивать о ходе следствия, поинтересуется, каково сейчас Соланж или свекрови, самой Полине, наконец – все-таки они потеряли близкого человека. Или уж пусть начинает о том, что ее расстроило. Зачем-то она пригласила Полину? Не пить же молча чай?

Не выдержав паузу, Полина даже начала было говорить о своей дочери, но тут вдруг была остановлена вопросом:

— Что у тебя с моим мужем, подруга?

— В смысле?!

— Не прикидывайся! Спишь с ним?

— Ты с дуба рухнула, Борская?! – искренне возмутилась Полина.

— Пока еще Казаринова я, – усмехнулась Юля. – Да ладно, я пошутила. С кем-то Казаринов спит, не с тобой, значит…

— Ты получше кандидатуру на роль любовницы мужа подобрать не могла? – разозлилась не на шутку Полина. – У меня мужа только что убили, с дочерью не пойми что происходит, картина еще эта…

— Картина? – вдруг живо заинтересовалась Юля. – Чья? Кто тебе рассказал?

— Соланж. Ей отец хотел подарить очень дорогое полотно голландского художника.