Онлайн книга «Эндшпиль с бриллиантовым конем»
|
Байк сейчас задержат, если только преступник его не кинет где-то в лесочке. И пойдет пешком? А куда денет Аксинью? Жива ли она? — в который раз подумал Костин и вновь набрал номер Юдина. — Стас, я все-таки задержусь. Потом объясню, нужно проверить одну догадку. Если байк или «Вольво» обнаружат, позвони. Все, на связи. * * * Милорада почти до вечера дремала, только два раза спустившись со своей полки вниз — рано утром сходила умыться, а в два часа отправилась в вагон-ресторан перекусить. Казалось, готова была съесть много, заказала даже солянку и гречку с мясом. Но почти все осталось на столе — еда была настолько невкусной, что после первой же ложки пропал аппетит. Взяв шоколадки и сладкие булочки с изюмом, бутылку колы, она вернулась в купе. Попутчики тут же усадили ее за накрытый стол. Слава богу, расспросами не доставали, после первого же односложного ответа на вопрос мужчины, не связывалась ли она со следователем, дружно занялись сыном. Мамой ее попутчица была заботливой, но отец к мальчику относился, как показалось Милораде, с прохладцей. Да и малыш все больше жался к матери. Мила съела булочку, и, сославшись на головную боль, вновь залезла на верхнюю полку. Ужинать семейство в полном составе отправилось в ресторан. Мила лишь попросила купить ей бутылку минеральной воды. Она подключила интернет на телефоне и открыла канал с региональными новостями. И в первых же строчках прочла об убийстве начальника Калининского УГРо Солодовникова. Ее реакция на эту новость, то есть тихая радость, могла бы показаться любому человеку кощунственной, но сама Мила вряд ли даже при посторонних смогла бы сдержаться. Этого человека, наделенного властью, наглого и жестокого, она ненавидела как никого и никогда в своей непростой жизни. Даже муж не вызывал в ней такого страха и отвращения, как это зарвавшееся животное. С первого дня знакомства (Солодовниковы оказались их соседями), она начала чувствовать неясную тревогу. После первой встречи на общем для их домов пляже она в ужасе сбежала от соседа, так как тот сходу предложил ей переспать. «Пока для здоровья, потом посмотрим. Милка, ты хороша в постели, а? Так-то, вроде, все при тебе, грудастая ты баба. Плохо без мужика? Ну, иди ко мне, не тушуйся. Со мной дружить нужно!» — расхохотался в голос он, когда она, уворачиваясь от его рук, побежала к лестнице, ведущей к их дому. Он совершенно не боялся, что его услышит жена, его дети или родственники Милы. Как она поняла чуть позже, подполковник Солодовников не боялся ничего. Однажды, услышав приглушенные женские крики, доносившиеся от соседей, Мила догадалась, что тот бьет жену. Нещадно лупит, при этом зажимая той рот рукой. Она было дернулась, чтобы бежать на помощь Алене, но ее остановила бабка Мария. «Не лезь, огребешь! — схватила она ее за руку уже у калитки. — О своей дочери подумай, дура. Он — власть. Посадит, а статью подгонит, ничего не докажешь!» Милорада, когда узнала, что ее дом подожгли, первым делом подумала на Солодовникова. Тому нравилось ее доводить своими приставаниями, но Миле как-то удавалась держаться от мужика подальше. Тем более, что со временем она часто оставалась ночевать в городе у Федора. Мог сосед затаить зло? Вполне. Незаметно пройти на их участок можно без труда — соседей разделял старый штакетник с местами выломанными досками. Так что на роль поджигателя подполковник подходил идеально. Но своими мыслями об этом Мила с Федором делиться не спешила. Следствие по пожару как-то уж очень быстро свернули, да и Федор сказал: «Забудь». Поддержала его и бабка Мария, наверняка тоже «подписавшая» под пожар все того же соседа. Мила смирилась, лишь сообщив о потере Надежде. И вот тут ее смутила реакция женщины — та явно испугалась. Ее торопливое «бог с ним, домом, если есть где жить», прозвучало в телефоне тихо, прямо прошелестело, следом раздался всхлип, и связь оборвалась. Тогда Мила решила, что той все же жаль родной дом, обустроенный с такой любовью. Сейчас же пришла мысль — а не Солодовников ли причина ее испуга. Этот кобель наверняка приставал и к ней… |