Книга Эндшпиль с бриллиантовым конем, страница 42 – Марина Болдова

— «Изменила, выгнал», — ответил более, чем кратко. Далее прозвучала просьба больше никогда не поднимать эту тему. Мог и не просить, Миле и в самом деле было достаточно его слов, хотя и любопытно, что дальше случилось с этой женщиной. На миг возникла к Федору жалость, но тут же и пропала, потому что он заявил, что за предательство жены он получил награду — ее, Милораду Светличную.

Почему Мила вспомнила об этом сейчас? Подумалось, что, если смерть криминальная, то она как-то связана с тем его далеким прошлым. Потому что в этой, стабильно безбедной жизни, у него не было ни проблем, ни врагов. Она знала бы! Не все гладко с бизнесом было только в первые годы, Федор признался, что буквально ходил по краю. Могли и менты закрыть, и бандюки убрать. Вырулил, не достался ни тем, ни другим. Как в сказке про Колобка — и от бабушки ушел, и от дедушки. Врагов, конечно, нажил с обеих сторон. Но где они теперь? На кладбище. «А я жив, Милка! И счастлив! А выйдешь за меня, буду счастлив без меры. То есть, абсолютно! Готова стать моей женой?» — довольный собой, говорил Федор. Она уже давно сказала ему «да», а он все время переспрашивал…

«Если давние враги умерли, жена пропала, скорее всего, ее тоже в живых уже нет, то кто тогда мог сейчас его найти? Почему именно сейчас? Какой-то друг-недруг из тех, кто не попал на кладбище в девяностых? Допустим, отсидел и вышел? Это за какое преступление дают двадцать с лишним лет? Убийство с особой жестокостью, наверное. Значит, Федора достал убийца?!» — размышляла она, думая и о том, что будет говорить следователю.

«А с чего я взяла, что Федора кто-то убил? Костин не говорил этого. Он лишь сказал, что Федор Ямской погиб. Возможно, попал в аварию? Нет, Костин работает в следственном комитете, значит, все-таки — убийство», — окончательно решила Мила.

Она уже начала засыпать, как вдруг ей вспомнилось предостережение бабки Марии, когда она сообщила ей и маме, что выходит замуж за Ямского. «Поторопись, Милка. Кто знает, что с ним может случиться. Не молодой уже!» — высказалась она в своей манере: недовольно, поджав губы и осуждающе качая головой. Тогда у Милы хорошее настроение пропало начисто. Она хотела бабке сказать, что после поездки к морю они подадут заявление. Но та уже скрылась за дверью комнаты. «Ведьма что-то знала? О том, что Федора ждет скорая смерть? Знала, поэтому и торопила! Еще, когда в поезде ехали, бабка спросила, успели мы в ЗАГС или нет… И это ее недовольное: «Дура ты, Милка! Как и отец твой. Этот женился не пойми на ком — голытьба голимая, меня не послушал! А ты одного мужика не сберегла, богатство его потеряла, теперь вот еще с этим тянешь! Останешься опять с голым задом!» — заявила она, хотя мама, та самая «голытьба», сидела рядом. И, как всегда, молчала.

По всему выходит, карты ведьме «нашептали», что Федор умрет…

Так же в пятнадцатом году бабке карты предсказали и смерть жениха Милы Драгоша Балан. Он был соратником отца, одним из тех, кто был с ним до того момента, когда его расстреляли из автоматов из проезжающего мимо автомобиля. Драгош на мотоцикле кинулся вдогонку, но, выехав на встречную полосу, попал под фуру — огромный автомобиль не успел затормозить. Драгош был жив еще три дня, лежал в коме, но все же смерть забрала и его. Так что после похорон отца, Мила хоронила и любимого мужчину.