Книга Завтра будет ветрено, страница 93 – Алекс Никсен

— Дружище, вот и ты.

— Босс, – приветствовал его Рэй.

Альфред пригляделся к нему, – Что у тебя с лицом?

— Возникли небольшие трудности.

— Надеюсь, мисс Лесснер цела? Сам понимаешь, мне нужно вернуть товар в надлежащей упаковке.

— С девчонкой всё в порядке, – заверил Рэй и перешёл к делу, – Какие новости?

— Утром жду вас в Дейтоне. Продажа издания назначена на послезавтра. Все СМИ уже оповещены.

— Намечается большая сходка?

— Естественно, такое событие! – Альфред откинулся на спинку кресла, – Чёрт подери, парень, это же совершенно новый виток в нашем деле, выход на иной уровень. Ты только представь, какие перед нами открываются возможности. Если так пойдёт и дальше, того и гляди смогу баллотироваться в мэры.

— Гилсон всегда считал, что с твоими мозгами нужно идти в политику.

— Хоть в чём-то этот старый маразматик оказался прав, – Хайд плеснул в стакан немного жидкости и, подняв его, произнёс, – Знаешь, хочу сказать тебе спасибо. Если бы ты не облажался и убил дочку Лесснера, я бы лишился лучшей сделки в своей жизни. За тебя, сукин ты сын, мне будет тебя не хватать.

Ничего не ответив, Рэй дождался, пока босс осушит стакан, и спросил, – А что будет с Санни?

— Ну, дружище, ты и сам понимаешь, что её нельзя оставлять в живых. Ни её, ни Маркуса. Они знают слишком много из того, о чём следует молчать… в наших же интересах, – непринуждённо сообщил Альфред, – От девчонки избавимся сразу после сделки, чтобы до неё не успели добраться полиция и те ублюдки из Отдела по борьбе с незаконным оборотом оружия. А следом подстроим самоубийство и Лесснеру, мол, несчастный папаша не перенёс смерти единственной дочери и свёл счёты с жизнью.

Могильный холод сковал спину. Я ждала этих слов и всё же оказалась не готова услышать наш с отцом приговор.

— И я хочу, чтобы именно ты расправился с девчонкой. Так сказать, закончил начатое. Убьёшь её и можешь быть свободен, – босс посмотрел на собеседника, – Договорились?

Тот покачал головой и улыбнулся, – Сколько я тебя помню, Альфред, ты всегда стремился прыгнуть выше головы. Ты не хотел быть в подчинении у Гилсона и занял его место, а став боссом, решил превзойти его во всём. Но даже теперь, когда Гилсон сдох, ты пытаешься подмять под себя главное СМИ в городе, чтобы в очередной раз доказать своё превосходство над тем, кто уже давно стал кормом для червей. Знаешь, в чём твоя проблема? Как бы высоко ты ни прыгал, в глубине души ты никогда не смиришься с тем, что ты всего-навсего второсортный кусок дерьма с непомерным эго.

По обе стороны экрана повисло гробовое молчание, однако Хайд быстро вернул контроль над собой и с усмешкой сказал:

— Рэй, тебя что-то плохо слышно. Может, вместо того чтобы трусливо прятаться в какой-то дыре, ты приедешь в Дейтон и повторишь свою пламенную речь мне в лицо?

— Я-то приеду, не сомневайся. Но о Санни Лесснер можешь забыть, так же как и об издании её отца. Не видать тебе «Графита» ни в этой жизни, ни в следующей.

Напряжение между мужчинами можно было потрогать рукой, несмотря на то что их разделяли сотни миль. Забыв, как дышать, я наблюдала за происходящим: Рэй держался твёрдо, Альфред тоже внешне выглядел абсолютно спокойным и даже пытался улыбаться, но вдруг поднялся из-за стола и, кивнув кому-то за кадром, проговорил: