Книга ПсихирЪ, страница 144 – Александр Беляев, Мария Тучина

— Хватит!

Сквозь лицо Антипова вновь проявился Анти-Бехтерев.

— Какой же вы настырный, Петр Андреевич, – антитульпа зло смотрела на Петю. – Что мне с вами сделать?

— Вы не можете. Я вам неподвластен.

— Верно, – антитульпа задумалась. – Антипов был прав, слияние необходимо. Эти современные технологии и вычислительные мощности – прелесть какая штука!

«Петя, не вздумайте подчиниться! Это для вас конец идентичности и свободы выбора!» – услышал Петя голос изначального Бехтерева в голове. Он снова попытался вырваться из рук охранников, но те держали крепко.

— Ребята, вы должны меня отпустить! Владимир Игнатьевич не в себе!

Петя обратился к начальнику охраны Антипова:

— Олег Викторович, отпустите меня!

Тот нерешительно посмотрел на Петю. И вдруг его черты лица заплыли и сквозь них Петя увидел ухмылку антитульпы.

— Вы думаете, Антипов не познакомил своего помощника со мной? Я его осознал. И я им завладел.

Олег Викторович молча кивнул парням, что держали Петю. И те поволокли его к капсуле. Петя вырвал руку у одного, у второго, пару раз ударил, но силы были неравны. Петя пропустил несколько ударов в лицо и по голове и потерял сознание.

Петя очнулся в камере депривации. На дисплее напротив лица светилась надпись: «Процесс слияния начался». Петя едва смог пошевелить пальцами рук. Он слегка скосил глаза и увидел, что руки крепко пристегнуты ремнями. Он попытался помотать головой, чтобы сдернуть шапочку с электродами, но она сидела плотно. Голова раскалывалась. Болело также лицо и костяшки пальцев. «Значит, кому-то я все-таки успел врезать», – с грустью подумал Петя.

В следующее мгновение надпись на дисплее сменилась, и Петя прочитал: «Процесс слияния завершен». Перед глазами начало все расплываться, как бывает, когда глаза наполняются слезами. Петя зажмурился в попытке смахнуть слезы. А когда через мгновение открыл глаза, обнаружил себя сидящим за столом в кабинете Антипова в Москва-Сити.

— Что за… – Петя резко встал со стула.

У окна спиной к Пете стоял Антипов. Он медленно повернулся.

— Вот мы и встретились в психире.

— Как я попал в Сити, Владимир Игнатьевич?

— Но вы не в моем кабинете, Петя. Вы в капсуле, куда вас, к сожалению, пришлось поместить, применив силу.

— Как это? Я могу отличить реальность от фантазии! – Петя нахмурился. – Что за мистификация?

— А как поживает ваша голова? Все еще болит? И кажется, вам повредили губу? Сожалею об этом, – Антипов сказал это без грамма сожаления.

Петя дотронулся до губы, посмотрел на свои руки – никаких следов драки. Голова тоже чудесным образом прошла.

— А что все остальные видят в психире?

— По-разному. Мы закладываем образы через нейроинтерфейс, но мозг додумывает и заполняет пустоты и несоответствия самостоятельно.

— Если все настолько реально, как отличить?

— Вы научитесь, Петя, это несложно. Но зачем? В будущем неочеловечество будет подключено к нейросети и не почувствует разницы. Пока же технология несовершенна и мозгу приходится потрудиться, чтобы ежесекундно собирать для вас картину.

— Почему мы здесь? – Петя огляделся.

За окном полыхал августовский закат.

— Потому что я так захотел. Вы сможете быть творцом в психире, если захотите. Но не сразу. Процесс слияния с психиром я запустил. Но когда именно он закончится, зависит от многих параметров. Пока моим ученым не удалось математически рассчитать силу воздействия, время слияния и многие другие параметры. Но всему свое время.